Амалия. Книги 1-5
– С этим тевтонским отродьем? Я не верю своим ушам!
– Зря, – сказал Рудольф, пожимая плечами. – Мы тогда здорово повеселились, верно, старушка?
Вернер не дал ему закончить. Как разъяренный бык, он ринулся на немца, и два секретных агента сцепились не на жизнь, а на смерть.
– Людвиг! – кричала «фрау Кляйн». – Помни, что тебе вредно волноваться!
Амалия тоже забеспокоилась. Австриец не помнил себя от ярости, и, если бы ненароком прикончил ее кузена, она бы ввек не утешилась. Но вскоре наша героиня убедилась, что Рудольф умеет постоять за себя. Он двинул правой, двинул левой, боднул Вернера головой в живот, и бывший агент венской секретной службы отлетел назад и шлепнулся на палубу.
– Рудольф, – прорычал Вернер, – ты – самая мерзкая скотина, которую я когда-либо видел!
– Я поражен, Вернер! – весело крикнул Рудольф в ответ. – Неужели ты никогда не смотришься в зеркало?
– Людвиг, дорогой, умоляю тебя! – лепетала со слезами на глазах супруга Вернера и тихонько подталкивала его к лесенке.
Перед тем как уйти, Вернер обернулся к Рудольфу:
– Мне бы очень хотелось надеяться, что я больше никогда вас не увижу, но, кажется, моя мечта несбыточна. Прощайте.
Он коротко поклонился Амалии и, хромая, покинул палубу. Супруга заботливо поддерживала его под руку.
– Голубки! – фыркнул Рудольф.
– Не будьте грубым, кузен! – одернула его Амалия.
– Вы видели, как я ему врезал? – весело спросил Рудольф. – Черт! У меня аж все костяшки на руке заныли.
– Скажите, кузен, а вы говорили правду? Про вас и про эту… эту даму?
– Разумеется, – пожал плечами Рудольф. – С какой стати я стал бы врать?
Амалия тяжело вздохнула. Секретная служба представлялась ей все более грязным и унылым занятием.
– А насчет «Леды»? Вы им поверили? – спросил ее кузен.
– Я опозорен… – простонал Рудольф. – Но если ее украли не они, то кто? Вы работаете на императора Александра, я – на кайзера, австрийцы вышли из игры, по их словам. Из тех, кто охотился за картиной, остаются только англичане.
– Кузен, – примирительно сказала Амалия, – что толку гадать? Лучше пойдем выпьем чего-нибудь горячего.
– Горячительного, – поправил ее германский агент. – Теперь я точно напьюсь!
Однако он не сдержал данного слова, потому что ему помешали совершенно непредвиденные обстоятельства.

















