Антикиллер-4. Счастливых бандитов не бывает
Брошенные охранники постепенно приходили в себя.
– Ох, чуть не убил, – пожаловался Мокей, обхватив себя руками и пытаясь выпрямиться. – Аж ребра захрустели…
– Тебя хоть не в рожу, – жалобно закряхтел Степашка. – Хорошо в нос не попал, сломал бы… Чего это он так озверел?
– Точно озверел! Мы же все при стволах, а он на глазах ментов рожи бьет…
Сержант у входа смотрел на них и презрительно усмехался.
– Да-а-а… Рожи ладно… Он же нас уволил… – простонал Степашка.
– Ерунда, – сказал Мокей, растирая грудь. – Отойдет, остынет, и все будет ништяк. Ему иногда надо кому-то рожу набить, чтобы давление сбросить…
– А что, у него давление повышенное? – спросил Степашка, осторожно ощупывая ушибленную скулу.
– Чё, я ему мерил? Наверное…
– Гля, и у меня тоже… Когда валерьянкин корень завариваю, то помогает. Так оно же некогда… На работе где я его пить буду?
– Да носи во фляжке вместо виски и пей! – неблагодарно сказал Мокей вместо сочувствия.
Степашка хотел что-то возразить, но тут рядом резко затормозил черный «линкольн».
– Шеф еще не пришел? – крикнул Самоха.
– Пришел, – мрачно сказал Степашка. – И ушел.
– Чего слышал. Он в последнее время совсем оборзел. Двинули обратно в офис, будем стараться, пусть видит, что мы все осознали… Может, передумает…
Степашка и Мокей забрались в прохладный уютный салон. «Линкольн» мягко тронулся, вскоре за окном замелькали разноцветные огни Магистрального проспекта.
– Так, где Гарик-то? – все никак не догонял Самоха. – На чем он поехал?
– Где, где… Сел к какому-то бомбиле в «жигуль» и укатил, – объяснил Мокей и тяжело вздохнул. – Только мне знаете, за что обидно?
– Ясно, за что… Что по роже схлопотал!
– Да нет… При нашей работе это дело обычное…
– Того, что мы – заслуженные пацаны! А нас собственный бригадир бьет по мордам! За что? Мы ветераны бригады…
– Ага, ветераны, – кивнул Степашка.
– Не ссыте, обойдется! – оптимистично сказал Самоха, которому меньше досталось и который потому был настроен более оптимистично.
Давление у Гарика не зашкаливало и со здоровьем все было в порядке. С настроением дела обстояли хуже.
Гарик сидел на продавленном заднем сиденье «жигуленка», смотрел в окно и про себя ругался последними словами. Как смог мент это сделать? Недаром говорят, что он лучший сыскарь в Тиходонске!
Гарик выругался вслух.
Пожилой худощавый водитель с кавказским типом лица и неухоженными усами то и дело поглядывал на него в зеркало заднего обзора и сочувственно качал головой.











