Антикиллер-4. Счастливых бандитов не бывает

И выжили. Так?

Калым подумал и кивнул.

– И неплохо живем, правда? Тогда мы и подумать не могли, что будем так жить…

– Я тебя все эти годы не просил ни о чем, – сказал Лебедь.

– Ладно, – сказал Калым и посмотрел на часы. – Высадка заканчивается. Поехали, а то мои люди поднимут кипиш…

У входа в VIP-зал нетерпеливо толклись трое плечистых парней в черном. Они расспрашивали о чем-то сотрудника милиции, а тот, в свою очередь, нервно запрашивал кого-то по рации. Лимузин подкатил к ним вплотную.

– Я здесь! – сказал Калым, приоткрыв дверцу. Парни успокоились, милиционер с явным облегчением, ушел.

Калым хотел уже выйти, но замешкался и повернулся.

– Я попробую. Только… Короче, сейчас у меня врагов нет. Если грохнут – то, значит, по твоей теме…

–Пятидомики, – уныло объявил водитель.

Автобус был почти пуст, и Сочнев беспрепятственно прошел к выходу. Дождь почти перестал, и он решил забежать в магазин, купить говяжьих сарделек, которые всегда ел на завтрак, и пакет кефира, который всегда пил перед сном.

Купил еще шоколадку детям, банку растворимого цикория – очень полезная штука, на кассе взял мятной жвачки – никогда не помешает, если идти к начальству. «Свежее дыхание облегчает понимание», – вспомнил он рекламный слоган. А запах «после вчерашнего» – наоборот, подрывает авторитет.

– С вас двести пятьдесят четыре рубля, – девушка-кассир посмотрела сквозь него и зевнула, аккуратно прикрыв рот ладошкой. Ее длинные ногти загибались внутрь и имели вид натурально хищный.

Сочнев полез за бумажником. Он вспомнил вдруг ту ветеринаршу в поезде, как ее, Надю, у нее тоже были длинные хищные ногти, и еще…

Стоп. Бумажника на месте не оказалось. Он это сразу понял, потому что нигде не ощущался его вес и твердость кожаной обложки. Что за ерунда?

Сочнев тщательно общупал внутренний карман, похлопал по боковым. Ключи от дома, расческа, носовой платок, коробочка с лекарствами. Так… Может, по ошибке сунул в брюки? Он никогда не носил бумажник в брюках, но мало ли как бывает!

– Да погодите вы немного! – с раздражением повторил он кассиру, а заодно и выстроившейся за ним очереди. Хотя никто пока не выказывал признаков нетерпения.

В брюках бумажника тоже не было. Да и быть не могло: это же не смятая сотня – его сразу чувствуешь… Сочнев соображал. Забыл дома. Выложил и оставил на столе. Вытащила за каким-то лядом жена. Или Пашка. Или Софочка. Или… Потерял. Украли. Нет, такого быть не может…

– Не убирайте это пока. Я позже подойду, – буркнул он и прошел за кассу, оставив корзину с покупками.

Еще несколько секунд он стоял в проходе, у выкладки колбасных изделий, продолжая растерянно ощупывать себя и в то же время понимая, что бумажника при нем стопудово нет.