Двойня в подарок-2. Семья

— Что там? — заходя в кабинет, брезгливо киваю я на открытый край.

— Компромат, — виновато вздыхает помощник.

И как только я усаживаюсь за рабочий стол, высыпает содержимое гадского конверта. Дождем падают снимки, экземпляр «Шанских ведомостей».

Бегло осматриваю фотографии. Подделки. Но очень качественные. Явно профессионал занимался.

Вчитываюсь в заголовок статьи.

«Мэр Шанска связан с криминалом».

А чуть ниже фотки. Я с Аркелиди на балконе мэрии. А на другой — Аня с отцом.

Морщась, тру лицо. Допустим, с фотографиями экспертиза разберется и вынесет правильный вердикт. А вот опротестовать статью вряд ли получится.

Письмо приносят, когда я катаю детей по двору и, зажав трубку между плечом и ухом, слушаю Свету Годарову.

— Там кадровики что-то напутали, Лера. Придется еще раз документы подписать, — тараторит она в трубку. — Я тебе с курьером отправила.

— А, хорошо, — киваю я, наблюдая, как охранник Слава открывает калитку и забирает конверт у улыбчивой девушки в куртке почтовой службы. А потом торжественно кладет его на стол под вишней.

— Его уже принесли! — рапортую я весело.

— Нет, что ты! — смеется Света. — У нас так быстро ничего не происходит. К концу недели только…

— Странно, — кошусь я на плотный белый конверт с логотипом известной службы доставки.

И ужасно боюсь открывать. Словно там внутри бомба или споры сибирской язвы.

«Давай, открывай уже», — приказываю самой себе. И передав Надежде коляску, усаживаюсь на лавку. Подставляю лицо жаркому летнему солнышку и, прижмурившись, ловлю себя на странной мысли.

Вот сейчас вскрою. И все.

Даже сформулировать не могу, какие страхи меня гложут. Глупости, конечно, но даже руки дрожат.

«Вот ты трусиха!», — удивляюсь я собственной реакции. И решительно вскрываю злосчастное письмо.

На колени тут же веером высыпаются фотографии. И небольшая записка. Смотрю и глазам своим не верю. Мой муж и Нина танцуют в обнимку.

Этого не может быть! Никогда! Он же терпеть ее не может. Или специально так говорит?

«Твоя сестра и твой муж давно любят друг друга. Отойди в сторону. Дай людям жить счастливо», — читаю я расплывающиеся от слез буквы.

В порыве ярости сминаю бумажку. И подскочив на ноги, бегу в дом под удивленные взгляды Надежды и охранника.

Упав на кровать, даже дышать забываю. Будто из меня всю жизнь выкачали. И ничего уже не будет как прежде.

Но когда первый шок понемногу проходит, я как больная сажусь на кровати. Отбрасываю назад волосы и снова таращусь на снимки.

Не передать, как больно! Я же ему поверила! А он… Вытирая слезы, звоню мужу. Пусть объяснится, гад! Я не собираюсь терпеть.

— Да, Лерочка, — устало вздыхает Морозов, сразу взяв трубку.

— Тима, — начинаю я, стараясь говорить спокойно.