Я – инквизитор

 — А как подпрыгивает… воинственно!

Ласковин фыркнул и похлопал друга по спине. Сам он тоже обратил внимание на одну девушку, ту, что «грудкой» особо не выделялась, зато ноги имела — от ушей плюс гибкость, растяжка, пластика.

«Спортивная гимнастика?» — предположил Ласковин, наблюдая, как девушка передвигается вперед-назад в дзенкутцу-дачи, сосредоточенно выбрасывая вперед руки. Ударами это назвать было нельзя. Гусь-бездельник не показал, как «подключать» поворотом бедра, а без этого такой ручкой самый хилый пресс не пробить. Но старается девочка, не отнимешь, — челка мокрая.

— Ямэн! — скомандовал «сэнсэй». И шеренга рассыпалась.

«Гимнастка» отошла к шведской стенке, подняла ногу, обхватив руками, и, не сгибая, подтянула колено к подбородку — полный шпагат. И щекой к коленке прижавшись, встретила взгляд Андрея…

— Бум! Бум! Бум! Ёйо! — раздалось за спиной. — Бум!!! Ёо! Цзень! — Железо о железо. Митяй лупил по макиваре. Маваши справа, маваши слева.

Молодняк застыл в восхищении: сейчас сломает оборудование! Не сломает. Макивара — на полторы тонны. Полное сжатие пружин — «цзень!» — всего двести пятьдесят килограммов.

Митяй, приостановившись, подмигнул грудастенькой. «Сэнсэй» Гусев захлопал, как наседка крыльями. Работать! Работать! И тоже сможете так! Хрен вам с луковичкой, девочки и мальчики! Для этого еще и настоящий сэнсэй нужен. Как Зимородинский или как… не будем вспоминать пострадавших в тяжелое время.

Андрей пристроился к ростовой макиваре и принялся обрабатывать ее на три уровня. Доска гудела, волны напряжения взбегали от ступеней вверх, выплескивались через жесткие мозоли на костяшках пальцев: «Эт — три удара, ни — три удара, сан…»

Митяй подошел слева, обозначил в голову.

Ласковин блокировал тетцуи, не переставая обрабатывать макивару. Обычное их развлечение: полная концентрация на ударах, но… вокруг приплясывает партнер, норовя застать сбоку, сзади. Мастерам, как он слышал, партнеры не нужны. И макивары тоже. Значит, он, Ласковин, не мастер. Ему никакие домашние тренировки не заменят настоящего кумитэ.

— Привет, Ласка! — пришли двое «стариков», Лешка Вожжа и Генка Грум из башкеевских учеников, подобрали мячик. — Покидаем?

«Теперь зал вроде клуба, — подумал Андрей.

 — Старые друзья, новости, хм, девочки. А раньше был — жизнь!»

Андрей оставил в покое макивару, встряхнулся, повисел минуту на перекладине, разгружая суставы.

— Поработаем, Ласка?

Димка Шиляй. «Ширяй» его звали. Маленький, чернявый, юркий. И умный по делу. Вот кому группу вести. Черный пояс без балды. Правда, вада-рю, школа, которую Ласковин не очень ценил. Но Ширяю — в самый раз, для «вьетнамских» квонов он жестковат.

Некогда Ширяю группой заниматься. Генеральный директор СП. Компьютерное обеспечение.