Я – инквизитор

Такое ранение не всегда бывает смертельным. Если раненый получает медицинскую помощь в течение нескольких минут, его еще можно спасти. Если же этого не происходит, примерно через двадцать минут человек умирает от внутреннего кровотечения. Но это может случиться и через пять минут.

Такая смерть была уготована Ласковину Андрею Александровичу на двадцать девятом году жизни на последнем этаже дома дореволюционной постройки на Петроградской. Если бы не…

Если бы не заслуженный, застойных времен самодельный спальный мешок, набитый ворованным с военного завода теплоизолирующим волокном.

Спальник, в который были завернуты штаны и куртка Ласковина и который он выставил вперед, разворачиваясь в воздухе боком, чтобы представлять, как учили классики, меньшую мишень. В общем, там, наверху, Парки решили завязать еще один узелок на нити его беспокойной жизни.

Рухнув на «тобольца», Ласковин на некоторое время отключился. И пришел в себя, когда бандит вторично возвестил о своей победе. Дальше — на автомате.

Удар ногой из лежачего положения, перекат в стойку, взгляд на чердачную дверь — пусто! — и стремительный бросок вниз по темной лестнице.

Все это заняло, может быть, чуть меньше минуты. Дверь подъезда — пауза — ждут? Нет, тихо. Наружу. Темно, но далеко не так темно, как на чердаке. У подъезда — никого. Во дворе — три машины. Одна — его собственная, две другие уже были здесь вечером. Может быть, одна из них бандитская?

Проглянула луна. Надо же, словно специально ждала, пока он спустится. Есть ли засада во дворе? Или кто-то уже целится из окна наверху, ждет, пока Ласковин покажется?

Андрей развернул спальник, разулся, натянул штаны. Время есть, если сверху начнут спускаться, он услышит.

Может, луна спрячется? В любом случае сверкать голыми ногами в лунном свете — смешно. Да и мороз градусов десять, не меньше.

Ласковин надел куртку (предназначавшаяся ему пулька звякнула о цементный пол), положил спальник на батарею — может, достанется хорошему человеку? — и прикинул, сколько до «жигуленки». Далеко, ох далеко.

Браток по кличке Макар открыл квадратное окошко между третьим и четвертым этажом, устроился поудобней, установил как надо прицельную планку АКС-74, привезенного из Ставрополя. Белый от снега двор как на ладони.

Виден даже край карниза над подъездом. Макар холодно улыбнулся. Плечо, в которое пришелся удар, ныло, но это не помешает Макару срезать Спортсмена, когда тот сунется наружу. Что-что, а стрелять из АК по движущейся цели Макар за три года научился отменно.

Рядом остановился Клуша, начальник хренов, задышал сипло.

— Ты что делать собрался?

— Шлепну его, — не отрывая глаз от прицела, сказал Макар. — Не робей, Клуша!

— Спугнешь! — прохрипел «хренов начальник».

— Я? — Макар негромко засмеялся.