Хозяйка дома Чантервиль

— А что, ты предлагаешь отдать ему настоящий артефакт?

— Я такого не говорил, — растянул он челюсть в ехидной улыбке. — Но хотел бы я видеть его лицо в момент, когда он обнаружит, что кресло исчезло.

— Думаю, нам лучше не находится в этот момент рядом, — хмыкнула я. — И да, я понимаю, что он будет в гневе. Но мы не станем сознаваться, идёт?

— Ещё чего! Он от меня ни слова не услышит о кресле! — воскликнула Гарри и тут же сник. — А если он начнёт тебя шантажировать и пугать тем, что расскажет всем, что ты не та Оливия Чантервиль, а другая…

— Не прокатит у него, — снова улыбнулась я Гарри.

 — Не зря я захватила для чтения и томик по магии крови. Есть клятва на крови, которая не позволит Тёрнеру раскрыть мою тайну. Будет молчать, как миленький.

— Совсем забыл, ты теперь образованная, — гордо произнёс Гарри. — Утрём всем нос! А как проклятие снять, тоже знаешь?

— Да. Сегодня же его и снимем. А пока, идём завтракать, а то я уже смотрю на тебя и вижу перед собой сочный кусок стейка.

— Ливи! Как не стыдно!

«Обманули дурака на четыре кулака, а еще один кулак — получается дурак!» — пропела про себя дразнилку.

 — «Ну вот и всё, Джон Тёрнер, сегодня я буду отмщена за вчерашнее гадкое утро и гадкие штрафы».

В моей руке красовался кусок сочного пирога с яблоками. Я уплетала этот великолепный пирог, не отрывая взгляда от своих записей.

Я быстро составила список, что мне необходимо для ритуала по снятию проклятия, потом заявился инквизитор со своим драконом и потребовал с меня объяснений, а ещё, наглая морда, заявил, что конфискует моё кресло. На что я сказала, хорошо, так и быть, забирайте кресло, а то я сама теперь волнуюсь и переживаю, что в следующий раз могу лишиться рассудка.

Предварительно скрестила пальчики за спиной. Нечего ему знать, что я так не думаю, и что кресло своё я не отдам. И заодно спросила, акт, милый инквизитор принёс?

Ну конечно, он ничего не принёс!

Обманул бы меня, гад этакий. Но ничего, я теперь тоже не лыком шита. Я законы знаю и не позволю себя надурить всяким должностным мордахам, не зависимо от того, насколько они симпатичные.

И про объяснения заявила ему, что ничего не расскажу, пока не доем.

Вот и сидели мы на кухне всей этой странной компанией.

Я написала акт приёма-передачи своего волшебного кресла, оставив место для подписи самого инквизитора в графе «Получил» и «Какие либо претензии к леди Оливии Чантервиль отсутствуют».

Гарри и Леон находились рядом и заглядывали мне через плечо.

Сыплющиеся на бумагу от пирога крошки нисколько не смущали ни меня, ни всех остальных, кроме инквизитора и его язвительного фамильяра.

Мой спаситель сидел напротив меня с чашкой чая в руке и не отрывал от меня своего внимательного взгляда.