Хозяйка дома Чантервиль

Детей сначала к этому действу решено было не привлекать, но малышня так настойчиво просила и умоляла позволить им присутствовать и увидеть своими глазами как Тара и Эмили будут связаны между собой магической нитью.

Когда начала просить об этом и сама пожирательница, пришлось сдаться и уступить. Поверьте, дети — те ещё манипуляторы.

Мы сели по кругу. В центр положили Эмили, рядом с ней села Тара. Она бережно гладила спящую драконицу по густой чёрной шерти.

Тёрнер начал плести заклинание, еле слышно проговаривая вслух магические слова, вкладывая и в них, и в само плетение свою силу.

От его едва различимых слов о единении двух душ, помощи во всех делах, верности и дружбе фамильяра и его хозяина веяло силой. Воздух в комнате становился с каждым новым словом плотнее, запахло как перед грозой. Воздух накалялся… становилось душно…

Когда плетение заклинания привязки обрело форму в виде шара, созданного из тонких пульсирующих нитей алого оттенка, словно Джон взял кровеносные сосуды и смотал их в шар, он поднёс этот шар к губам и прошептал три раза какое-то слово. Я не расслышала.

После этого он бросил этот кровавый сгусток в Тару и Эмили.

Магия коснулась их тел и рассыпалась мелкими искрами, будто всполохами огня, медленно, подобно снежинкам, кружа и падая на пол, истаивая словно и не было ничего.

Несколько искр-снежинок попало на меня, на детей и на Джона.

Вдруг, я увидела, как между мной и Гарри возникла такая же пульсирующая красная жилка — она тянулась от моего живота к основанию черепа Гарри.

То же самое я наблюдала и у Джона с Перри. Между ними тоже была такая же нить.

— Это и есть наша с тобой связь, Ливи, — прошептал Гарри.

Попыталась коснуться её, но ничего не испытала — ладонь прошла сквозь эту вену, что тянулась из меня будто пуповина.

— Скоро и у нас появится связь? — поторопила Тара инквизитора.

— Потерпи немного, — сказал Тёрнер.

Я перевела взгляд на драконицу и увидела, что над ней, словно дымка, стелется и вихрится красное облако.

Вскоре это облако образовалось в тонкую-тонкую — словно паутинка, ниточку и потянулась сначала к воодушевившейся Таре и резко остановилась.

Тара нахмурилась и озадачено посмотрела на Тёрнера.

— Что-то не так… — пробормотал Перри.

Мы все перевели взгляд на инквизитора. Но по лицу Джона невозможно было прочесть каких-либо мыслей или эмоций. Он просто смотрел на нить, которая вдруг отмерла и резко потянулась в мою сторону.

Я расширила глаза в удивлении и открыла в беззвучном возгласе рот.

Никто не успел среагировать и что-то сказать.

В место, откуда тянулась связь к моему фамильяру Гарри, настоящим жалом впилась нить, исходившая от Эмили!

— Что за?.. — прошептала поражённо, чувствуя, как в животе разливается тепло.