Хозяйка дома Чантервиль

Вена после этого стала толще и запульсировала быстрее, в такт вновь забившегося сердца драконицы.

Эмили подняла голову и раскрыла зелёные глаза.

— Здравствуй… — произнесла она. — Ты мне не рада…

Это был не вопрос, а утверждение.

— Что ты! Вовсе нет! — попыталась её заверить, хотя сама не отошла от шока и посмотрела в полном недоумении и даже ужасе на инквизитора. — Что ты сделал?

— Да! Что ты сделал?! — воскликнула обиженно Тара. Вскочила на ноги и воинственно сложила ручки на груди. — Я же должна была стать хозяйкой дракона!

— Связь формируется не по желанию, — ответил невозмутимо Тёрнер.

 — Хотя, сказать по правде, я удивлён не меньше вашего.

— Кто бы знал, как я удивлён… — проговорил озадаченно Гарри.

— Ну-у-у-у… а я не скажу, что так уж сильно расстроен, — выдал своё мнение Перри. — Оливия не такая уж и плохая кандидатура.

Он подошёл к Эмили и прошептал ей, но так, чтобы мы все услышали:

— Ты обязательно воспитаешь из этой ведьмы порядочную женщину. И я всегда буду рад прийти к тебе на помощь в этом вопросе. Да и не только в этом. В чём угодно.

Тёрнер устало потёр виски и сказал:

— На этом всё.

Эмили — твоя хозяйка замечательный человек, вам обеим повезло.

— На этом всё, — передразнила инквизитора. — А как же твои слова, что один маг — один фамильяр.

— В любой ситуации бывают исключения, — ответил он.

— В отношении моей Ливи — исключения — это её второе имя, — засмеялся Гарри.

Тара в тот день надула губы на всех нас, и не разговаривала, кроме как свои друзей и Леона. Но дети — это не взрослые. Дети быстро забывают любые обиды и отходят. Тара оказалась не исключением. Очень скоро она и забыть забыла про драконицу, особенно когда выяснилась её тяга к некромагии.

А вот мне забот прибавилось.

Эмили оказалась драконицей просто… слово как зашуганной и подобрать не смею.

Однажды, она лежала на печи, наблюдая, как Лисс готовит для всех нас обед. Я вошла на кухню и замахнулась, чтобы взять с полки, которая находилась над печью банку с сахаром. Дети насобирали клубники и принесли мне, чтобы я посыпала сахаром. Понравилось им такое сочетание.

И в этом момент, Эмили, что мерно лежала на печи, вдруг вздрогнула, сжалась вся, прижала ушки к голове и заскулила:

— Пожалуйста, Хозяйка, не бей меня… Если я провинилась, то скажи в чём…

В тот момент, я пожалела, что не оторвала тому чудовищу собственными руками его мужское хозяйство, потому как его ему приделали явно по большой ошибке.

Драконица долго приходила в себя. Подобных случаев было много. Натерпевшись за много лет от человека, который должен был стать другом и соратником, она и представить не могла, что может быть и другое отношение…

Мы вместе с Гарри вели с ней долгие беседы. Иногда звали и Перри в помощь.