Любимый незнакомец

Задал мне пару вопросов, дал денег и сказал, что ты гангстер и фамилия у тебя Лепито.

– Гангстер Лепито, – повторил Мэлоун. – Ты мне врешь, Джаззи?

Мэлоун слишком устал и не был готов играть в кошки-мышки с уличным сопляком.

– Когда это было? И почему ты сразу не прибежал ко мне?

– Ты мне сказал, что тебе не нужна моя информация. Забыл? Но если теперь она тебе пригодится, я готов кое-что рассказать… за разумную плату.

– И о какой же сумме мы говорим? – Мэлоун вытащил из кармана парнишки бумажник, раскрыл его.

– Эй! – завопил Стив и принялся хлопать себя по мешковатым штанам.

Мэлоун поднял руку с бумажником так, чтобы парень не дотянулся.

– Давай вот как. Я не сдам тебя полицейским за кражу, и мы это признаем разумной платой за информацию.

– Я уже рассказал тебе все, что знал, – захныкал паренек, но Мэлоун его больше не слушал. Он, не отрываясь, смотрел через площадь, на вход в гостиницу, перед которым как раз остановился длинный черный автомобиль. Из автомобиля выбрался Элмер Айри. Подъехали еще две машины – тоже длинные, тоже черные. В них сидели люди, которых Мэлоун не знал, но мгновенно догадался, кто они.

Чертова влиятельная родня Фрэнсиса Суини сорвалась с цепи.

Он вернул Стиву бумажник, который тот своровал, и зашагал в сторону зоны боевых действий.

– Эй, Майк, спасибо! – заорал ему вслед Стив Езерски. – Ты хороший парень. Я так и сказал тому мужику. Что ты парень что надо. Не такой страшный, как кажется поначалу. Если я что услышу, то отыщу тебя, ладно? И денег не попрошу.

Элмеру Айри позвонил Коулз.

К тому времени, как Мэлоун добрался до номера в «Кливленде», Суини уже увели вниз по черной лестнице, Гроссмана с Килером нигде не было видно, а его самого ждал Айри. Коулз и Несс в унылом молчании сидели среди мусора, накопившегося в номере за неделю.

– Мне жаль, что так вышло, Мэлоун, – сказал Коулз. – Но мы бы сами с этим не справились. Я вызвал подкрепление.

– Куда увели Суини? – спросил Мэлоун.

– Несс, отправляйся домой. И ты, Коулз. – Айри говорил твердо, словно пытался их ободрить. – Теперь все под контролем. Все позади. Я сам доведу дело до конца.

Несс поднял на Мэлоуна обведенные черными кругами глаза, накинул на плечи синий пиджак и вышел из номера, оставив дверь нараспашку.

Коулз вышел за ним. Мэлоун услышал, как он догнал Несса в длинном гостиничном коридоре и принялся извиняться:

– Элиот, мы не могли больше его удерживать. Я не знал, как еще нам сдвинуть дело с мертвой точки. Я сделал это ради тебя.

– Знаю, Коулз. Знаю, – послышалось в ответ. Но тут Айри захлопнул дверь.

Мэлоун не стал садиться. Все окна в номере распахнули, чтобы проветрить, и за шторами, пережившими заточение Суини, мягко сгущались сумерки.

Айри тоже остался стоять.