Любимый незнакомец

История Эмиля Фронека и его ужина, в который подмешали наркотики, тоже совершенно реальна. Точно так же реально и нераскрытое дело о несчастном случае с Питером Костурой, одним из мальчишек, обнаруживших Жертв Номер Один и Номер Два под Ослиным холмом. Выдуманы все разговоры, факт давления, которое якобы оказывали на Несса федеральные власти, и официальное вмешательство высоких чинов из правительства.

Тайна преступлений Безумного Мясника из Кингсбери-Ран преследовала Элиота Несса до самой смерти. В моей книге он говорит, что добраться до Мясника – вовсе не то же, что добраться до Аль Капоне. Несс никогда не выступал перед журналистами и не указывал пальцем на Суини или кого-то еще, но я полагаю, он знал имя Безумного Мясника и сделал все, чтобы положить конец его злодеяниям. Многие говорили о том, что годы работы в Кливленде стоили ему здоровья, счастья с первой женой и карьеры. Я желаю ему обрести мир.

Для Дани самым печальным во всей этой истории было то, что многие жертвы Мясника так и не обрели имен. Они умерли одинокими и безвестными. Центральной темой этой книги стала доля тех, чьих имен мы не знаем. Доля никому не известных людей, их никому не известная боль, их добрые поступки и злодеяния. Полиции удалось установить имена нескольких жертв Мясника, но большинство так и остались без имени: я постаралась увидеть в них реальных людей, пусть даже это всего лишь дало мне возможность рассказать их донельзя грустные истории.

Для каждой книги, которую я пишу, я тщательно изучаю людей и события, которые создают контекст, атмосферу, фон, обстановку. У всякого места в мире есть собственная история, но мне думается, что американские города и поселения – куда более пестрые лоскутные покрывала, сшитые из людских судеб, чем поселения в других странах. В этом-то и состоит для меня одна из самых замечательных особенностей писательства. Я узнаю не только о людях, но и о местах, историю которых пишу. Кливленд строили иммигранты из Восточной Европы, в основном венгры, поляки и чехи, воссоздавшие в городе привычный им быт и колорит. Семью Косов я выдумала, но их чешские корни вполне реальны. В районе Северного Бродвея до сих пор есть следы европейского наследия и даже редкие здания в богемском стиле. К несчастью, старая застройка все же мало где сохранилась.

В этой книге так много реальных событий, что на их пересказ ушло бы с десяток страниц. Прекрасным источником, из которого я черпала сведения о кливлендском серийном убийце, стала для меня книга «По следам Мясника», которую написал Джеймс Джессен Бэдэл: этот исследователь из Кливленда сумел собрать огромный объем информации. В своей книге он приводит самое полное и самое подробное описание убийств в Кингсбери-Ран из всех, что мне попадались.