Сводный брат бесит

Какого черта он вообще прицепился ко мне? Какое ему дело, где я провожу время? И что это за угроза: «Не скажешь — поцелую тебя еще раз»?

Его лицо сейчас так же близко к моему, как и на балконе. Из-за зашторенного окна в комнату проникают небольшие лучи, и я хорошо могу рассмотреть Данила.

Почему я раньше не замечала, что он такой красивый? Или он тогда еще не был красивым? Хотя многим девочкам Громов нравился даже в те 13–14 лет, но я никогда не смотрела на него как на парня. Для меня Данил всегда был просто лучшим другом.

Тем досаднее замечать красоту парня сейчас, когда я знать его не хочу.

— Я была в ночном клубе, — отвечаю почти честно.

Лицо Данила изображается удивлением.

— Что? В ночном клубе!? — восклицает.

— Маша, ты с ума сошла!? Ты же несовершеннолетняя!

— А если бы с тобой там что-нибудь случилось? — игнорирует вопрос и продолжает сыпать своими. — А если бы к тебе кто-нибудь пристал?

— Если бы ко мне там кто-нибудь пристал, я бы не возражала, — огрызаюсь. — И отпусти меня уже! — я предпринимаю попытку высвободить свои запястья из захвата Данила.

Он наконец-то меня отпускает. Я сажусь на постели к нему спиной и потираю кисти рук.

— Маша, ты вообще в своем уме? — спрашивает уже более спокойно, но строго.

Мне этот допрос уже порядком надоел. Я вообще не понимаю, почему что-то должна ему объяснять.

— Данил, а ты мне вообще кто, чтобы задавать вопросы и читать мораль?

Тишина повисает в комнате свинцовой тяжестью.

— Правильно, — отвечаю за него. — Ты мне никто.

Неожиданно ладони Данила опускаются на мои плечи. Я слегка вздрагиваю, но почему-то не скидываю с себя руки парня. Громов наглеет еще больше и обвивает меня руками, притягивая к своей груди. Опускается лбом на мою макушку.

— Маш, почему ты перестала со мной общаться? — тихо спрашивает. — Что я тебе сделал?

Картина его насмехающихся надо мной друзей встает перед глазами, будто это было вчера. Снова чувствую себя преданной близким человеком.

— У тебя и без меня всегда полно друзей было. Зачем тебе я?

— Дурочка, — шепчет и глубоко втягивает запах моих волос.

Происходит что-то очень странное. Данил обнимает меня и дышит мне в волосы, а я почему-то позволяю ему это делать. Дыхание парня щекочет мой затылок, от чего кожа покрывается мурашками.

— Дань, — зову севшим голосом.

— Пообещай мне, что ты больше не будешь ходить в ночные клубы?

Нет, я не могу это обещать, мне нужна работа. Да и не понимаю, почему я должна что-то обещать Данилу.

— Давай договоримся, — продолжает, не дождавшись от меня ответа, — что если ты захочешь в ночной клуб, то скажешь мне, и я тебя свожу. Хорошо?

— Кхм, мне не нужна нянька.

— Маша, я не хочу, чтобы ты одна ходила по ночным клубам.

— Во-первых, я бы не одна, а с Ариной.