Травница

— Марина Львовна, вы не могли бы вынести этот пакет на кухню — выбросить?

— Конечно, могу! — Она с такой благодарностью взглянула на меня, что мне стало её жаль: за сегодняшний день ей пришлось слишком многое испытать.

А когда она вышла, я ещё ниже опустила голову, чтобы Сергей не разглядел улыбки: одно дело — быть воительницей, другое — сталкиваться с травмами вплотную. Нет. Марина, может, меня когда-нибудь и заменит, но не сейчас.

Промыв все язвы, я присела на колени и внимательно оглядела ноги Сергея. Кожа — там, где целая, желтовата, но эта желтизна остановила свой ход.

Выше колен кожа уже нормальная, здоровая. Самые маленькие тёмные пятна не раскрылись, но начали уменьшаться. Судя по чёрным краям открытых язв, организм начал настоящую борьбу с гангреной. Да и гнилых участков всё меньше… Я задумчиво приложила пальцы к самому страшному месту — к пятке, плоть которой под кожей всё ещё колыхалась, как плотное желе. Чуть приподняла ногу, заглянула под стопу. Усмехнулась. Снизу мою ладонь поддержал лист подорожника, а вокруг него распушился стебель хвоща и просунулся гибкий прут ивы. Так, значит, перекисью водорода я продолжаю чистить и дезинфицировать язвы, а потом промываю их отваром… Вылезла ещё одна ивовая ветка, покачалась немного, будто подтверждая: именно так!

— Здесь поблизости ивы есть? — рассеянно спросила я и осторожно вернула ногу на место, чтобы начать обкладывать марлей со снадобьем.

 — Или только на прудах?

— Только на прудах, — насторожённо ответил Сергей. — Что-то не так?

— Наоборот. Всё так. Теперь нужно ещё и травами промывать. Открытые язвы будут реагировать на травы, а раньше не смогли бы. Мне нужны ива и хвощ.

Хвощ — целые заросли я видела в том овраге, где мы бегали. А ива… — Я облепила его левую ногу марлечками и обернула её мешком. Подняла голову и спросила: — Тебе сильно будет мешать, если между чисткой и перед перевязкой с завтрашнего дня будут полчаса, когда придётся сидеть с голыми ногами? Коже передых нужен. Она ведь у тебя почти не дышит.

— Как скажешь, так и сделаю, — с облегчением сказал Сергей и напомнил: — Ты ведь всё равно будешь сидеть час рядом, так что… — И снова насторожился: — Или ты уже не будешь сидеть этот час?

— Я думала, тебе приятней, если рядом будет сидеть твоя мама, — пожала я плечами.

 — Она же здесь недолго, и ей, наверное, хочется побольше побыть с тобой.

Он снова откинулся на спинку кресла, не сводя с меня испытующих глаз.

— Я вообще не понимаю, зачем она приехала.

— Может, соскучилась? — предположила я. Надо будет — Андрей сам сознается, что вызвал Марину. А я что? Сбоку припёка… Оказывается, я была права, когда решила общаться с ним отстранённо. Так и правда легче.

Спустила ему штанины и пошла в ванную комнату.