Травница

Я пулей вылетела из коридора, виражом — за угол, где меня и прорвало. Почти плача от смеха: "Хозяин — барин!" и видя перед внутренним взглядом ошеломлённое лицо Сергея, я присела на верхней ступеньке, закрыв лицо ладонями — грязными и вонючими. Переживу. И ведь ничего особенно смешного. Мда… Кажется, напряжение последних дней вскипело.

Буквально через секунды в коридоре торопливо застучали тяжёлые шаги. Андрей.

Шагнул из-за угла — и будто запнулся.

— Не-ет! Что ты!.. — Я отняла ладони от лица и с трудом, прерываясь безудержным смехом и фырканьем, принялась рассказывать, что уже пару раз успела рассердить Сергея поговоркой про хозяина-барина.

Андрей сел рядом, сначала неуверенно улыбнулся моему рассказу, а потом, смешно подняв брови, спросил:

— Это что получается… Я — уже на подготовленную почву, да?..

И — захохотал. А глядя на него — и я снова. Хорошо, ни в холле, ни в коридоре никого не оказалось: вот бы за психов приняли! А тут — на свободе!..

Мы ещё вдоволь не нахохотались, как запел мобильный Андрея и, включенный, отчётливо прозвучал недовольным голосом Сергея:

— Так. Вы, оба! Хватит ржать (отсюда слышно!) — и быстро вернулись!

Пытаясь успокоиться, я хрюкнула от сдерживаемого смеха и снова уткнулась в ладони, а Андрей, улыбаясь, погрозил мне кулаком и сделал движение, будто хочет выбросить телефон… Успокоившись, мы поднялись и вошли в апартаменты.

Сергей тоже успокоился. Во всяком случае, не злился. Сидел, откинувшись на спинку кресла, смотрел даже снисходительно. Так что я деловито снова присела перед ним и стала снимать последние марлечки.

— Так. Насчёт поржать — я понял, — обращаясь к Андрею, сказал Сергей. — Теперь рассказывай, что произошло.

— Да ничего особенного, — с ярко выраженным сарказмом проговорил Андрей. — Эта, блин… Пришла в ванную комнату, бросила мне свои тряпки и своим нежным голоском: "Это надо стирать в режиме деликатной стирки!" То, что она с тобой переспала, ещё не значит, что я должен…

От неожиданности я сильно вздрогнула и шлёпнулась задницей на пол.

— А… — Он только рот открыл — и поперхнулся.

И мы оба виновато, но упрямо уставились на хозяина дома.

Сергей оглядел нас внимательно — абсолютно бесстрастный.

— Она — это, надо полагать, Лина? Оставим в стороне ту мелочь, из-за которой ты вскипел.

Я прикусила губу. Исподлобья взглянула на Андрея, слишком очевидно растерянного. Но его упрямство пересилило растерянность.

— Я не решил — видел.

— Судя по Оле, она тоже?

— Слушай, Сергей, если ты не хочешь, чтобы мы говорили…

— Расскажи, что ты видел.

Андрей сел на стул и коротко рассказал о вчерашнем дежурстве.

За время его рассказа я быстро очистила ноги Сергея. Был момент, когда я отключилась от голосов надо мной.