Трижды до восхода солнца

— Ну, им не привыкать.

— Фимка, — позвала сестрица, впившись в меня взглядом. — Стас твой сволочь, его не переделать. От таких, как он, надо держаться подальше. «Каждый человек приносит счастье, только один своим присутствием, а другой отсутствием», — процитировала она.

— Это ты сейчас о ком?

— Дура, — махнула рукой сестрица, легла и вновь прикрыла лицо локтем. — Что еще он должен сделать, чтобы ты наконец поняла… — с печалью произнесла она, а я ответила:

— Я девушка толковая. Со мной полный порядок. — Агатка взглянула из-под локтя и головой покачала. — Скажи лучше, как у тебя дела? — решив, что самое время разведать обстановку, спросила я.

— Нормально. Работаю.

— А на личном фронте?

— На личном фронте как на кладбище. Тихо, благолепно, иногда новеньких подвозят.

— На днях видела Берсеньева. — Я-то думала, Агатка с ходу укажет мне направление, в котором я должна двигать отсюда, но она молчала. Выждав с минуту, я позвала: — Ау, я еще здесь. — И тут увидела, что Агатка плачет. Она лежала, по-прежнему прикрывая лицо рукой, а по ее щекам бежали слезы. Если честно, я растерялась. Сестрица не из тех, кто заплачет от обиды или боли. По крайней мере, я так думала. Даже в детстве я не помнила ее плачущей. И вот теперь… — Чего ревешь? — подала я голос, а она ответила:

— Здорово, что ничто человеческое тебе не чуждо. На самом-то деле я в шоке, вот и болтаю всякую чушь. Извини.

— Фимка, я ничего не понимаю, — жалобно произнесла Агатка, а я до смерти перепугалась: сначала слезы, теперь еще и это, поспешно пересела к ней на диван и сказала:

— Ты самая понятливая девушка на свете. К тому же у тебя есть я. Вдвоем мы все поймем, потом дружно забьем и будем жить долго и счастливо.

Агатка села, прижавшись плечом к моему плечу, вытерла глаза ладошкой и потянулась за салфеткой, чтобы высморкаться.

— Я его люблю, — сказала тихо.

— Берсеньева? — вздохнула я.

— Кого же еще? Все было… невероятно здорово все было, — хмыкнула она. — Так здорово… а потом…

— Ничего. Он вдруг пропал. Я ему звоню, он вроде бы рад, но все время очень занят. Мне бы сообразить, что меня уволили без выходного пособия, но сестра у тебя дура, прости господи, придумала ему кучу оправданий, вилась ужом, чтоб как-то… — Агатка нервно хихикнула. — Самое смешное, никаких претензий у меня к нему нет. Он ведь ничего не обещал. Может, мне в самом деле все привиделось? И я сама себе любовь придумала, а он и в мыслях не держал? А потом увидел, что у меня крыша съехала, и поспешил улизнуть?

— Это очень по-мужски, — кивнула я.

— Вчера я все-таки настояла на встрече, — сказала Агатка с кривой усмешкой. — Лучше знать свой диагноз…

Она помолчала немного, собираясь с силами.

— Последние надежды растаяли в тумане. Парень не хочет морочить мне голову.