Трижды до восхода солнца

— Можно Ефимия Константиновна, но она этого не любит.

Димка мне подмигнул и широко улыбнулся. На предложение выпить пива он ответил отказом, и мы пошли катать шары. Я ничего в этом не смыслила, он принялся мне втолковывать, что да как, при этом держался ко мне очень близко, касаясь то моей руки, то плеча, то обхватывал за талию. Может, все это и носило дружеский характер, но я начала томиться. Последнее, что мне придет в голову, заводить роман с Димкой, тем более что до романов со времен последнего замужества я была неохоча. Моя жизнь в настоящий момент укладывалась в простую философию «проживем кое-как», и лишние сложности мне ни к чему. «За что мне еще и это, господи?» — мысленно взмолилась я, возведя очи к потолку. «Отстань», — ответил господь. Вот и поговорили.

— Завязывай ко мне жаться, — не выдержала я, взглянув на Димку с суровостью.

— Завязывай ерзать, — ответил он, стискивая мое плечо.

Может, он считал своим долгом вытащить меня из затяжной депрессии, а может, просто хотел досадить Стасу, поди разберись, но и то и другое одинаково мне не нравилось. Вскоре к нам присоединились его друзья. Я старательно восхищалась мужской ловкостью, а они так же старательно восхищались моей, в основном комплиментарно, потому что выдающимися результатами я похвастать не могла. Когда Димка с одним из приятелей отправился за пивом, толстяк спросил:

— Давно мы что? — удивилась я, парень задумался.

— Ну… ты ведь его девушка?

— Вообще-то мы родственники. Он мой пасынок.

— Это как? — растерялся он.

— Я была женой Димкиного отца.

— Серьезно? У его бати губа не дура. Постой, так ведь… — он не договорил, погрузившись в раздумья, на сей раз долгие. Димка никогда не скрывал, что считает меня виновной в убийстве отца, и его приятели об этом, должно быть, знали, теперь бедолага ломал голову над причиной нашей внезапной дружбы.

Воспользовавшись чужой задумчивостью, я устроилась в кресле на почтительном расстоянии от компании. Толстяк вдруг ожил и теперь что-то втолковывал своим приятелям. Те поглядывали в мою сторону с недоумением. Вернувшийся Димка устроился рядом со мной.

— Дружба не сложилась? — весело поинтересовался он.

— По-моему, они идиоты.

— По-моему — тоже. Но ведь нужно с кем-то выпить пива в субботу вечером. Будь проще…

— Не буду. И тянуться ко мне не надо.

— Все равно не надо.

— Чего ты заладила? Я помню, что у тебя большая любовь. По-твоему, я тоже идиот?

— Может, и нет, но выглядишь идиотом. Твои друзья думают так же. Зачем, скажи на милость, ты болтаешься по злачным местам с бывшей мачехой?

— Ты не предупредил, что это страшная тайна.

— Хочешь, поговорим откровенно?

— Не хочу, но тебе ведь наплевать.

— Мне не наплевать, — сказал он серьезно, а я вздохнула.