Трижды до восхода солнца

 — Какое-то время рассчитывала, что он завяжет со всем этим ради нас, а потом сказала «хватит».

— Ей известно, что ты наследовал отцовский бизнес… во всех смыслах?

— Надеюсь, что нет. Так ей куда спокойнее.

— Как Багрянская относилась к изменам мужа?

— Философски. Хотя… вряд ли ей это нравилось, что неудивительно.

— У него не возникало желания с ней развестись?

— С Авророй? — удивился Димка. — Нет, конечно. И вовсе не потому, что пришлось бы отдать часть своего имущества. Он ее любил. Они прожили лет сорок, она была с ним в горе и радости. Что называется, верным другом. Самым близким. А бабы… это просто стиль жизни. Стареющих мужиков тянет к молодым, но жена — это жена, а все остальные взаимозаменяемы. Смерть Авроры он переживает очень сильно, это видно, хоть старик и держит себя в руках. Конечно, его скорбь вовсе не означает, что через год-другой он вновь не женится на какой-нибудь ушлой девице, что вьются вокруг него. Мужик-то с приданым. С сыном у него, по слухам, отношения натянутые, а один он жить не привык.

— Ты знаешь кого-нибудь из его девиц?

— Нет, конечно. Он жалел жену и был осторожен, в публичных местах со своими девками не появлялся. Думаю, у него есть квартира, о которой жена не знала, туда он баб и водит. Или сделал очередной подружке подарок — уютное гнездышко, мог себе позволить. А теперь объясни, с какой стати ты задаешь все эти вопросы.

— У Сереги есть сомнения в естественной смерти матери, — подумав, ответила я правду.

— Чушь, — отмахнулся Димка. — Говорю тебе, муж ее любил. Да и какой в этом смысл? Багрянского все вполне устраивало. Его девки в курсе, что он женат, и ни на что претендовать не могут. Ты женщина, и тебе это может показаться неубедительным, а я вот иногда всерьез жалею, что засиделся в женихах, проблем было бы куда меньше.

— Так женись, что тебе мешает?

— Не вижу подходящей кандидатуры, — хмыкнул он. — На самом деле я романтичен и хочу жениться на любимой девушке.

— Миссия невыполнима, — с серьезной миной кивнула я.

— Почему это? Сердце у меня не камень…

— Возможно. Только хрен до него докопаешься. — Димка весело засмеялся, а я махнула рукой. — Могла быть другая причина.

— Ты опять о Багрянском?

— Ты, конечно, страшно интересный парень, но мои помыслы заняты им. Аврора писала книгу воспоминаний, а помогала ей в этом Наталья Юдина.

— Журналистка, которая у нашей власти точно заноза в заднице.

— Не смеши, кто в наше время обращает внимание на журналистов? Собаки лают, караван идет.

— Неизвестно, что там Аврора вспоминала. Кого-то ее опус мог всерьез беспокоить.

Димка хмуро на меня таращился, потер подбородок с сосредоточенным видом.

— Не стала бы она мужу такую свинью подкладывать, да и он бы ей этого не позволил.

— В том-то и дело, — заметила я.