Трижды до восхода солнца

Баба мертвая, понимаешь? Вполне может полежать немного, пусть ее найдет кто-то другой.

— Выстрела мы не слышали… — упорствовала я в своих догадках.

— Никто и не стрелял. Глаза у нее выпучены и рот открыт, — Димка невольно поежился. — Садись в машину. — Я села, и он занял водительское кресло. — Значит, так, если на нашу тачку кто-то обратил внимание, там, возле редакции, скажешь, что мы поссорились. Ты хотела выйти и попросила машину остановить, я уговаривал тебя не валять дурака. В конце концов уговорил. Мне надо было кое-что купить, и мы поехали в супермаркет. Я пошел в магазин, а ты ждала в машине. Потом я отвез тебя домой. Все поняла?

— Мне не по себе, что мы оставили ее лежать там, — честно призналась я.

— Черт, сколько можно повторять одно и то же? Она тебе что, родственница? Подруга?

— Не буду. Подумай сама, как ты объяснишь, с какой стати наблюдала за Юдиной, да еще потащилась на парковку проверять, что она там делает так долго?

Объяснить все это и вправду затруднительно, без того, чтобы не впутать Агатку и ее одноклассника. Вряд ли их порадуют мои откровения. Серегу-то уж точно.

Димка молчал всю дорогу, но, сворачивая во двор моего дома, вдруг сказал:

— Фенька, не знаю, что у тебя за интерес к Авроре и этой Юдиной, но соваться в такое дерьмо не смей.

— В какое дерьмо? — усмехнулась я.

— Дерьмовое, — передразнил он. — Если убийство как-то связано с Авророй… Короче, нормальным бандитам бабы эти ни к чему. Нормальные бандиты мемуаров и газет не читают, так что здесь дяди похлеще замешаны. А это значит, оторвут тебе башку на счет раз, наплевав на твоих известных предков. Когда у отцов народа земля горит под ногами, в средствах они неразборчивы.

— Так вот что тебя беспокоит, — вновь усмехнулась я.

— Беспокоит. Со своими я знаю, как разобраться, а у этих ни законов, ни понятий, сплошной беспредел.

— Я все поняла, буду проявлять осторожность. Если уж мы с тобой, по легенде, поссорились, в ближайшее время лучше держаться подальше друг от друга.

— Ищешь повод со мной не встречаться? — язвительно поинтересовался он.

— Ну, повод-то серьезный, — пожала я плечами. — Ладно, пока.

Я вышла из машины и направилась к подъезду, Димка с большим неудовольствием наблюдал за мной. Открыв дверь подъезда, я помахала ему рукой, а он, опустив стекло, крикнул:

— Дура, я о тебе беспокоюсь!

Оказавшись в квартире, я немного потопталась в кухне, а потом позвонила Агатке.

— Чего тебе? — спросила она недовольно.

— Есть новости, — ответила я.

— Валяй, но только хорошие. Без плохих я обойдусь.

— Примерно час назад убили Юдину.

— По-твоему, это хорошая новость? — хмыкнула сестрица, но в голосе через мгновение появилась настороженность. — Откуда сведения?

— Из надежного источника. Я сама видела труп.