Ученики Ворона

 — Лесного края!

Не знаю, что именно оказало целительное воздействие — общество ли приятелей, еще пара кувшинов пива, или просто я устал себя изводить, но мысли о том, что мне, возможно, предстоит сделать, из головы ушли. Я знаю, что на время, но пусть хотя бы так. У меня нервы тоже не из стали, имею я право на один спокойный вечер, когда можно ни о чем не думать?

Как выяснилось — не имею.

Я сразу понял, что в замке что-то произошло. Глупо было бы усомниться в том, что это не так. Если все его население высыпало на главный двор, если Тюба за каким-то лешим втыкает горящие факелы в специальные подставки, обозначая ими приличных размеров квадрат, а Ворон сидит в своем кресле, глядя на все это, — несомненно, что-то не то творится.

— А чего случилось-то? — подошел я к Рози, стоящей рядом с Эбердин и притоптывающей ножками — к вечеру подморозило.

— Сейчас такое будет! — прощебетала де Фюрьи и взяла меня под руку. — Сейчас поединок будет. Даже, скорее, драка. Благородный с неблагородным на равных сражаться не может, так что слово «поединок» не слишком верное.

— Кто с кем? — уточнил я, уже практически зная ответ.

Одно имя мне было известно точно, но второе… Боги, пусть это будет Аллан!

— Монброн и Мартин, — ответила вместо Рози Эбердин. — Ох и потеха сейчас будет!

Все-таки грянуло. Все-таки не удержался Гарольд. В том, что именно он спровоцировал конфликт, я не сомневался.

— Как это случилось? — спросил я у Рози. — Из-за чего до такого дошло?

— Из-за Фриши, грязнули этой, — ответила мне она. Вообще-то она была не права, просто у Фриши, уроженки южных пределов Рагеллона, другого цвета кожи быть и не могло. Они там все такие, мне про это Аллан рассказывал.

Но Рози очень не любила именно Фришу, та как-то очень хорошо подцепила ее одной шуткой, а подобного моя суженая не забывала. — Фриша перед ужином сцепилась с Амандой, причем тема-то была пустячная, вроде не очень хорошо вымытой посуды. Слово за слово, за Фришу заступились ее приятели, за Аманду наши тут же горой встали, началась ругань, а потом и до мордобоя дошло. Здесь, правда, Фюнц отличился — он первым ударил кого-то из этих… этих.

— Может, все и обошлось бы, — вставила свою реплику Эбердин. — Но кто-то крикнул: мол, передохнете вы все на инициации, и будем мы дальше жить, как и положено благородным.

Мол, на этой горе простолюдинам в живом виде делать нечего, так исторически сложилось. Я, правда, так и не поняла, кто это крикнул и что он имел в виду.

— Ну да, — поддержала ее Рози. — Тут Мартин как раз появился, его до этого не было, как поджидал, честно. Ну, он и услышал эти слова. Даже побелел от злости и как заорет: «Мы вас сами всех перережем, так что лучше вам на инициации сдохнуть, меньше мучиться будете».