В связи с особыми обстоятельствами

Иного шанса заставить бронепоезд замолчать – у нас нет. До вечера здесь доживут немногие. Вы все видели, как русские накрыли тех, кто пытался спастись на берегу. И должны понимать, что никакой помощи нам ждать неоткуда. Со своей стороны могу обещать, что ваш подвиг будет достойно отмечен!

Командир батальона обвел глазами уцелевших артиллеристов.

– Надеюсь на вас! Адам, – обернулся он к лежавшему рядом лейтенанту, – запишите имена и фамилии – я должен знать, кого представлю к награде!

Кивнув солдатам на прощание, майор вернулся на своё место. Здесь ему уже успели выкопать небольшую ямку, теперь можно было не вжиматься в песок при посвисте вражеских пуль.

Шорох – подползал новый командир третьего батальона.

– Ушли, герр майор. Вброд не перейти – поплывут. Надеюсь, русские пулеметы не простреливают реку.

– Успокойтесь, обер-лейтенант. У них есть занятие поинтереснее…

Пули взбили песок прямо перед глазами Штангера, и он вынужденно спрятал голову под импровизированный бруствер. Подождав, пока противник перестанет стрелять, он снова выглянул. Пулеметы вели огонь куда-то перед ним. Наверное, опять в окопах охраны моста кто-то попытался доползти до пулемета… бедняга, ему можно только посочувствовать. Все окопы простреливались русскими фланговым огнем, и любой вставший у пулемета человек жил не более пары минут. Этого хватало, чтобы перезарядить оружие и выпустить по стальной крепости полсотни пуль – с ничтожным результатом. Но и то – божий дар! Пока русские стреляют по окопам, их пули не ищут жертвы среди лежащих у насыпи солдат.

– Принимайте батальон…

Подобравшись чуть ближе к стальной крепости, лейтенант снова поднес к глазам бинокль, рассматривая вагон повнимательнее. Амбразуры с пулеметами, тяжелые башни, двери… Двери?

– Да, герр лейтенант?

– Вот что – задача вам меняется. Не надо подрывать колеса, эта штука и так хода не имеет. А вот если вы сможете повесить сумку с взрывчаткой на дверь!

– Сможем, герр лейтенант!

– Я, герр лейтенант!

– Приведи сюда остальных, пусть будут наготове. Как рванем дверь, всем внутрь! Большевиков серьезно оглушит взрывом, и мы их возьмем.

Несколько полураздетых солдат выбрались из воды и некоторое время неподвижно лежали на берегу, приходя в себя и восстанавливая силы. Потом, прижимаясь к земле и прячась за природными укрытиями, они обогнули дорожную насыпь и подобрались поближе к разгромленному обозу.

Старший из них призывно махнул рукой, указывая на стоявшую неподалеку 37-мм пушку. Косо развернутая поперек дорожного полотна, она на вид не имела никаких повреждений.

– Больке, Форш! Осмотрите обоз – нам нужны снаряды. Ищите бронебойные, с этой железной коробкой ничем другим не справиться!

Оба названных солдата скользнули в мешанину телег.