Ведьма и Вожак
Обе склонили головы и зашушукались, не обращая на нас с Францем внимания. Через некоторое время из нашей ложи вниз спланировала пара летунов, и очень похоже, что в шестой ряд.
Франц смотрел мне в глаза и не выпускал пальцы, мягко их поглаживая, иногда переходя на внутреннее основание ладони.
— Арена — старинный обычай оборотней решать вопросы в боевом поединке. Для стаи важна не только сила вожака, но и кто стоит за ним, два оборотня-беты. Поэтому перед завершающим голосованием по трое оборотней с каждой претендующей стороны вступают в борьбу.
Он мягко удержал мои пытающиеся ускользнуть пальцы.
— Виктор Торваль когда-то был сильным вожаком.
Я замерла, слушая. Франц взглянул вниз, лучи света подчеркнули его чеканный профиль.
— Но в небольшой стычке с южанами год назад попал под магический удар. Многие погибли, а он потерял зверя. Причем история там темная, обычно с потерей зверя бывший оборотень тут же теряет и статус в стае, у них что-то там на уровне запахов, перестают уважать и подчиняться. А Торваль неожиданно сохранил контроль и смог удержать стаю от внутренних боев и войн с соседями.
— А кто претендует? — Я жадно слушала. Торваль вызывал у меня странные ассоциации и чувства, даже напряжение где-то под ребрами. Было ощущение, что я кружу вокруг подарка от неизвестного, то ли он окажется теплым и пушистым, то ли затикает и подорвется.
Надо признаться себе честно, сегодня… был улет. Я никогда так упоенно не целовалась и никогда не была на таком пределе от простой ласки груди, как это случилось в карете.
Эх, будет что вспомнить. Сяду лет через сто где-нибудь на теплом песочке во Франции, вокруг меня расположатся многочисленные взрослые внучки и даже правнучки и спросят:
— Бабушка Фира, у вас было трое мужей и любовники между браками, а какой мужчина запомнился больше всего? Были необычные?
— Я помню и люблю их всех. Всегда приглашаю своих замечательных мужчин на юбилеи, должна же ваша бабушка погордиться перед подругами.

















