Антология советского детектива-22. Компиляция. Книги 1-24

— Натрепался?

— Да нет, говорить он нам ничего не говорил, а вот перед твоим отъездом в Балаклаву категорически требовал не включать тебя в состав поста.

— Это он сам рассказал тебе об этом?

— Как же, жди, расскажет он тебе. Дружок главного старшины похвалялся новостью.

Вот, значит, как. Выходит, Вася пытался решить какую-то проблему еще до нашего отъезда. Значит, ниточка тянется дальше, что-то произошло значительно раньше. Но что? Я перебрал в памяти все, что могло быть связано с нашими отношениями, но разобраться в этом так и не смог.

Нас с Олегом увидел политрук.

Он подозвал меня к себе, пригласил в свой кабинет и повел неторопливый разговор.

Некоторые считают, что по чертам лица можно определять характер людей. Говорят, в частности, что жесткие волосы свидетельствуют о крутом нраве человека. Вряд ли это так. У политрука волосы мягкие и светлые, как льняные волокна. Не успеет он отвести рукой пряди своих волос назад, как они снова скользят вниз и закрывают собою высокий крутой лоб. Лицо политрука можно было бы назвать симпатичным, если бы не очень маленький и немного курносый нос. Впрочем об этом сразу же забываешь, как только встречаешься с острым проницательным взглядом его серых глаз.

Интересная деталь: одежда у политрука всегда в очень опрятном виде. Не скажешь, что он очень часто меняет ее, но, когда бы ты его не встретил, впечатление такое, что китель и брюки только что из химчистки — чистые, выглаженные, к воротнику подшит снежной белизны подворотничок. У других командиров рукава от долгого ношения кителя собираются в складки. У политрука, к моему удивлению, я таких складок не видел ни разу. После каждого его прихода в радиовзвод все как-то подтягивались, чистили свою одежду и становились прямо-таки неузнаваемыми.

— Ну как служба идет? — спросил политрук.

— Секретарь комитета комсомола сказал мне, что обязанности комсорга вашего полка возложены на вас.

— Возложить-то возложили, товарищ политрук, но из этого получился только конфуз.

— Когда я сказал на комсомольском собрании о моем назначении, ребята ответили, что это не по уставу. Пришлось тут же исправлять ошибку. Выбрали комсоргом меня, и все уладилось. Но покраснеть  перед этим пришлось основательно.

— Как же это он допустил такую ошибку?

— Да вы не расстраивайтесь, товарищ политрук, все уже уладилось, и дела теперь пошли, как следует, — и я рассказал о шефстве над комсомольцами первой Балаклавской школы, о взятых нами обязательствах по укреплению позиции нашего поста и, наконец, о том, что из комсомольских поручений  удалось мне выполнить.

— Хорошие ребята у вас  подобрались, — политрук немного помолчал, а потом добавил: — Как ведет себя сигнальщик Сугако?

Вопрос показался мне необычным.