Антология советского детектива-29. Компиляция. Книги 1-20

Надо бы взять, да денег в большой зеленой сумке всего два рубля. Стало обидно.

Пошла дальше. Здесь уже был мир книжников. Справа и слева, спереди и сзади ее окружали старые, перепачканные чернилами школьные учебники, технические справочники, атласы, журналы, сборники рассказов, повести и романы. Никто ими не интересовался. Толпившиеся покупатели что-то таинственно выискивали, бросая в разные стороны острые взгляды. Позади, за «пятачком», от овощных рядов доносились громкие голоса продавцов, предлагавших покупателям брать огурцы, помидоры, а здесь люди говорили шепотом, загадочными жестами рук, подмигиванием глаз.

Неожиданно впереди Любки сгрудились, как голодные рыбы на брошенный кусок хлеба, чьи-то спины. Она тоже устремилась к кругу. В центре стоял тесно зажатый со всех сторон подросток лет шестнадцати и повторял:

— Дядя, давайте деньги, деньги давайте…

— Сейчас получишь, бродяга, — добродушно отвечал человек в роговых очках, зажав подмышкой новенькую книгу в алом переплете.

А кругом шепотком спрашивали:

— Что за книга? Покажите?

— «Лукреция» Флориана? Жорж Занд? Откуда же? В магазины не поступали.

Восемьдесят пять рублей? Ну, и прохвосты же!

Но мальчишки уже нет, а счастливый обладатель новинки никак не решается развернуть при всех свою покупку.

А вот справа снова образовался тесный круг. Любка оказалась в самом центре его. Теперь уже на ее глазах старенький узкоплечий человечек стал вытаскивать из-под полы в темном переплете «Последнее дело Коршуна» и передавал из рук в руки. И снова шепотом:

— Пустяки — пять шестьдесят…

Та же волна, которая втянула Любку на «пятачок», вынесла ее на противоположную сторону. И прямо на синеглазого цыгана.

Он смотрел на нее и загадочно улыбался:

— Вы что же, Любушка, решили без нашей помощи…

— Что вы, Василек, что вы? Ожидала вас и попала в толпу. Вот и все.

— Тогда другое дело, прошу прощения. — Он бросил на девушку ревнивый взгляд и взял под руку.

— Есть обещанное? — спросил, когда отошли в сторону.

— Я всегда хозяйка своего слова, — сказала Любка и вынула из сумки листочек с пометками.

— Устраивает? — спросила его.

— Грин? Премило. Давно не было. С руками оторвут. Только маловато — всего двадцать пять.

Киплинг и Северянин? Это совсем здорово! Наши читатели давно в руках их не держали. А стихи-то какие, стихи, помните: «Ананасы в шампанском, ананасы в шампанском…» — стал было декламировать он и запнулся.

— Очень хорошо. Сегодня день на «пятачке» бойкий. Надо пустить в реализацию.

Василек остановил такси. Спустя пятнадцать-двадцать минут они были у деревянной будочки аптекарского киоска.

— Привет вам, Мария Ивановна. Можно взять наш багаж? — весело обратился он к полной розовощекой киоскерше в белом халате.