Атаман. Гексалогия

Татары в обозе людей не жалеют: все идут босиком, ноги к вечеру так сбиты камнями и исколоты травой, что пленники мечтают об одном – рухнуть на землю и дать ногам покой.

Так, мысли в сторону, ночью обоз стоит на месте, стало быть – и обратная дорога короче будет. С Богом! Я перекрестился на крест Спасского собора и прошел через степу в укромном уголке. Срочно нужен конь. А где его взять, как не у татар? Я отошел подальше от крепости – там слишком много народа – и пошел по улице. Из-за угла показался татарин, ведущий за уздцы коня. Через спину животного была переброшена переметная сума, раздувшаяся от богатой добычи.

На меня он не обратил внимания – свой же идет, Нижний город богатый, добычи на всех хватит. Я аккуратно тюкнул его кистенем в висок и оттащил во двор. Взял под уздцы коня и повел дальше. Спокойно перешел через деревянный мост (не забыть бы подпалить его на обратном пути, глядишь – бросить трофеи татарам придется) и, отойдя подальше, сбросил переметные сумы и взлетел в седло сам. Нахлестывал чужого коня нещадно, желая лишь одного – быстрее догнать колонну пленных.

Вот и поляна, где собирали пленных.

Я резко остановился и завел коня в лес подальше. Надо бы запомнить место – обратно придется ехать на коне вдвоем. Ползком подобрался к поляне. Эх, было бы у меня время – сейчас бы моя сабля вдоволь напилась вражеской крови!

Впереди, на большой луговине, горят костры… По периметру – часовые, группами по три-четыре человека, в центре – телеги, укрытые холстинами, вокруг – люди вповалку. Сон и усталость свалили всех. Как же мне найти Елену? Все надо делать быстро. Подобравшись к одному из постов, встал и спокойно, как свой, подошел.

Когда до дозорных осталась пара метров и меня спасала лишь темнота, выхватил саблю и в мгновение ока зарубил двух нукеров. Трупы оттащил за ближние деревья. Вдруг наткнется кто раньше времени?

Смело побрел между пленниками. Издалека да в темноте никто из татар не опознает меня – одежда и шлем успокоят. Сердце глухо бухнуло – вот она! Руки связаны впереди, еще одна веревка – на шее, тянется к другим пленницам, ноги сбиты в кровь.

Я дотронулся до плеча, потряс – нет, не просыпается. Толкнул сильнее. Глаза ее распахнулись, рот раскрылся, и если бы я не успел закрыть рот рукой, она бы закричала.

Конечно, выглядел я в темноте, как татарин. Слабый свет луны не позволял меня разглядеть.

Елена задергалась, пытаясь отбросить мою руку

– Тс-с-с! Тихо! – прошипел я. – Ты что, меня не узнала? Это же я, Юра.

Елена притихла, всмотрелась в лицо.

– Как ты меня нашел? Как узнал, что я в полоне татарском?

– Умоляю – тихо, все разговоры потом, надо выбраться отсюда. У дальнего костра стражи уже нет, нам – туда.

– Я не пойду без Властимиры.