Атаман. Гексалогия

Живых ратников оставалось мало, трупы русских и татар покрывали весь проход стены – добрых две сажени.

Нападавшие были ко мне спиной, чем я не преминул воспользоваться. Ближнего ко мне я просто спихнул со стены; высота – метров восемьдесят, но татарин был в броне и грохнулся так, что звук удара был слышен даже на фоне дикой какофонии боя. Второму саблей смахнул голову; третий размахивал боевой палицей, что было редкостью среди татар – может быть, потому, что он был огромен, как медведь. Я нанес ему два быстрых удара по ногам и, когда он повернулся ко мне, ткнул его саблей в лицо, попав в глаз.

Татарин бросил дубину, схватился за лицо, и тут один из наших дружинников всадил в него копье.

Стену очистили, но на лестнице показалась новая рожа, высунувшаяся над ее гребнем. Я вырвал копье из убитого, уперся им в лестницу, поднатужился… Сил не хватало, но мне пришли на помощь. За ратовище копья сразу схватилось несколько человек, и мы опрокинули лестницу. Фу, можно перевести дух.

– Георгий, ты откуда тут взялся?

Сняв шлем, мне улыбался Михаил, дружинник, учивший меня владеть кистенем.

Я сразу бы его и не узнал. Лицо грязное, потные волосы прилипли к голове, кольчуга и одежда забрызганы кровью. Мы поздоровались, пожали друг другу руки.

– Увидел снизу, что татары одолевают, решил помочь.

– Вовремя, я уж думал – сбросят нас со стены. Со мной всего десять человек было, дружинников – трое, остальные ополченцы. В руках могут только нож для еды держать. Ловко ты их. – Михаил мотнул головой на татарские трупы. – Расчистить поможешь? Неровен час – снова полезут.

Подозвав ополченцев, мы посбрасывали трупы татар вниз, на внешнюю сторону.

Чего им тут смердеть?

Но и татары в отместку засыпали нас стрелами. Одна на излете ударила меня в плечо, спасибо кольчуге – лишь отскочила. Я подобрал стрелу – наконечник широкий, стрела для незащищенного броней тела. Вопьется в руку или ногу – не вырвешь, только с мясом. Бронебойные стрелы, что кольчугу пробить могут, – узкие, четырехгранные. От них одна защита – толстый щит или крепостная стена.

Пережидая дождь из стрел за выступом стены, я спросил Михаила:

– Ужель сам не видишь? Силы наши потихоньку тают – то стрелу кто поймает неосторожно, то вот как сейчас на стене – в рукопашной гибнут.

Одна беда – татар много, им получается как в сказке – вместо одного убитого трое встают. А у нас подмоги – никакой. Воевода все силы, почитай, к Дмитровской башне бросил – там каменный мост через ров к Отводной башне. Как медом для татар намазано – лезут и лезут. Трупов ихних – горы, а все неймется. Ежели так дальше пойдет, через седмицу защищать крепость будет некому.

М-да, я не ожидал, что потери у нас так велики.