Атаман. Гексалогия

 – Всё-таки решился прийти. Вот что, Юрий, не хочешь ли послужить государю и Отечеству?

Адашев садиться не стал, ходил по комнате, похоже, нервничал.

– Мне нужны верность, умение держать язык за зубами и ловкость, даже дерзость. Насчёт ловкости и дерзости – это я уже видел. Как с остальным?

– И с остальным всё в порядке.

– Будет не в порядке – попадёшь в подвал, к палачу.

По спине пробежал холодок: а может – ну их, кремлёвских жителей? От политиков во все времена ничего хорошего ждать не приходится.

Он уловил в моих глазах искорку сомнения.

– Успокойся, будешь держать язык за зубами – всё будет хорошо.

– Хорошо, это сколько серебром?

– Ловок, палец в рот не клади, я тебя таким и представлял. Тебя случайно не атаманом кличут? Из донесения ливенского – сегодня опять перечёл.

– Да ты герой просто. А велика ли у тебя ватажка?

– Кроме меня – трое ещё.

– Да-да, в донесении так и написано.

Я понял, что он меня проверяет. Тоже, НКВД нашёлся. Может, ты и хитёр, да я из двадцать первого века, знаем, проходили. Такие уловки хороши для недалёкого и необразованного, к коим я себя не относил.

– Ладно, – что-то решил для себя Адашев, – есть такой князь – Владимир Старицкий, его подворье на стрелке Москвы-реки и Яузы. Дальний родственник государя нашего, пусть будут долгими его годы. Так вот, есть подозрение, что сношается сей князь с ливонцами. Ты грамотен ли?

– Смотри-ка! – удивился Адашев. – Так вот, в путевом дворце князя, что по смоленской дороге, думается мне, пергаменты важные от ливонцев должны быть.

Я не выдержал, перебил:

– Коли пергаменты важные, здесь, в Москве их хранить будет.

Адашев внимательно на меня посмотрел:

– Ещё и умён, похвально.

Так вот, документов этих в московских хоромах нет, за это ручаюсь. Возьмешься ли за это дело?

– Попробовать могу, но коли грамот сих в путевом дворце нет – не взыщите.

– Завтра выезжай, князь будет в Москве ещё несколько дней; время есть, но немного. Как вернёшься – сразу ко мне. А пока – прощай.

Вышел я от Адашева в смятенных чувствах. Выполнить поручение – опасно. Наверняка в путевом дворце сильная охрана, если схватят – повесят без суда, как татя. А если и не повесят – князю передадут, известное дело, не вино пить, в руки ката, чтобы пытками выведать, зачем полез во дворец.

Пренебречь поручением Адашева – чревато, ведь я уже знаю о тайных дворцовых делах, пусть и самую малость. Найдут потом моё тело в Москве-реке, если вообще найдут. И на кой чёрт меня понесло к дьяку? Любопытство подвело, наверное. Пока шёл к дому, раздумывал, что делать и как поступить? В конце-концов, решил взять своих ребят, съездить на место, разузнать – разведать, может, что и сладится.

Решив так, я успокоился и повеселел.