Боль и сладость твоих рук

— У тебя что, Стокгольмский синдром? Ты испытываешь нежность к своему палачу? — фыркнула Ира.

— Ира, скажи мне, — Лори поймала ее руку, наклонившись через стол. — Ты влюблена в него? Да или нет?

— Да или нет? — упрямо спросила Лори, немного сжав ее пальцы.

— Да. Я с этим справлюсь, уж как-нибудь, — фыркнула Ира. — Убиваться не буду.

— Ты уже убиваешься, — мягко возразила Лори.

— Месяц не появлялась в клубе.

— Ходишь грустная, ненакрашенная.

— Ты поссорилась с Максом. И даже не общалась со мной.

— Ира. Просто выслушай меня, хорошо? Просто послушай.

— Да говори ты уже, — снова заорала она, но голос сорвался, и на этот раз Ира поняла: все. Она действительно сорвала связки.

С трудом прокашлявшись, она попыталась что-то просипеть, но не могла. Только шепотом. Лори суетилась, наливала ей теплой воды, пыталась заставить говорить, но Ира махала руками:

— Бесполезно, — прошептала она. — Говори. Быстрее, или я тебя убью.

— Хорошо. Дай мне секунду.

Лори снова села и уставилась в кружку. Весь ее вид говорил о том, каким трудом ей дается этот разговор. Она даже побледнела, и Ира молчала несколько минут, позволяя ей на этот раз собираться столько, сколько необходимо. Наконец Лори очень глубоко вздохнула и выпрямила спину, глядя в сторону. Когда она заговорила, ее голос звучал очень ровно, но в тоне слышалась горечь:

— Я мазохистка, Ира. Всегда ею была и остаюсь. Я как вечный наркоман, которого всегда тянет к наркотикам, но он держится.

— Хорошо, — прошептала Ира и попыталась взять ее за руку, но Лори мотнула головой и убрала руки со стола.

— Пойми, я мазохистка, — повторила она и посмотрела на Иру, но та все еще не понимала, к чему она клонит.

— И что? — шепотом спросила Ира.

— А Тимофей — не садист. Никогда им не был, понимаешь?

На щеках Лори обозначились и побелели скулы. Ира все еще смотрела на нее.

— Это я придумала игры с плетью. Это я его заставила. Он был влюблен в меня, довольно сильно. Я знала, что ему не нравится, но он был готов на все, — тихо сказала Лори. — А мне нравилась плеть. И мне нравилось, что он готов на все ради меня. Я сделала это специально.

— Я его напоила. Он был слегка пьян, но я была трезвой. Не настолько, чтобы не понимать. Я все устроила.

— Зачем? Зачем, Лори?

Ира приоткрыла рот, чтобы немного подышать. Они теперь обе плакали, и слезы просто невозможно было остановить.

— Затем, что я была дурой. Я хотела узнать, где у меня границы. Но вместо этого я узнала, что у меня нет никаких границ, — сказала Лори. Ее губы дрожали, она всхлипнула и отвернулась.

ГЛАВА 15. Некуда бежать

Ждать было невозможно, но час ночи не казался лучшим временем для звонка. Она добралась до дома, приняла душ, села на кровать и поняла, что ждать до утра не сможет.