Боль и сладость твоих рук

— Ты, кажется, нуждаешься в совете насчет Лори? — перебил его Макс, не позволяя выпустить наружу гнев.

Мужчины скрестили взгляды и какое-то время прожигали ими друг друга насквозь. Но затем Дима глубоко вздохнул и сдался: у Макса, как всегда, были отличные козыри на руках, ведь ему правда требовался его экспертный совет.

Она понятия не имела, что может измучиться с Лори. Что ее добрая, милая, всегда послушная саба способна превратиться в такую безжалостную госпожу. Если бы она на секунду забыла, что попросила об этой игре сама — решила бы, что бывшая саба мстит ей за все. И дело было не в боли — стек в руках временной госпожи почти не жалил. Просто перед ней разверзлась бездна унижения.

Казалось, Лори шлепала и одергивала ее чаще, чем раз в секунду — за каждый неловкий взмах ресниц, поворот головы, за недостаточную мягкость жестов и изящество движений. Ирина изо всех сил старалась сдерживать рвущуюся наружу ярость и досаду. Она столько раз произнесла "да, госпожа", что эти слова утратили для нее всякий смысл. Лори заставляла ее опускаться на колени и подниматься снова и снова — пока это не начало напоминать тяжелые физические упражнения в зале.

— Могу я отдохнуть, госпожа, умоляю? — попросила тогда Ирина, но Лори что-то не понравилось в ее тоне, и "отдых" превратился в пятнадцатиминутный куни. Правда, она увлеклась и смогла немного расслабиться. Нежную киску Лори было очень приятно ласкать, а ее стоны удовольствия принесли Ире огромное облегчение: значит, она не совсем безнадежна. Еще больше облегчения принесло милостивое позволение госпожи передохнуть пару минут и выпить немного воды… а потом пытка началась снова.

На этот раз ее госпожа решила дать ей урок перемещений всевозможными способами — от "простой" походки послушной сабы до кошачьего ползания на четвереньках в максимально соблазнительных позах. А затем минут двадцать порола по всему телу, заставляя при этом стоять, лежать, наклоняться и выгибаться в самых изящных соблазнительных позах.

Когда через пару часов Ирина вышла из комнаты, она пошатывалась от усталости и на всякий случай не смотрела на Лори, боясь, что вцепится ей в волосы. Ей казалось, что прошла целая вечность. Каждая мышца, каждый сантиметр кожи болел. Вдобавок мучил зверский голод. При этом все, на что ее хватило — это вызвать такси, приехать домой и рухнуть спать.

Но, закрывая глаза, она чувствовала себя победительницей. И даже ненависть к Лори уже постепенно проходила.

А утром она проснулась от сообщения Тимофея.

Он писал ей много раз за эту неделю. Спрашивал о любимых книгах, фильмах, затевал интеллектуальные дискуссии, а потом внезапно присылал эротические фото женщин из БДСМ-студий — но не пошлые, скорее, художественные.