Двойная взлётная

И рассказать, как ее муж проводит время в полетах и с кем, а, Димочка?

— Кристина, Дима, давайте успокоимся.

Олег стоит, живой стеной разделяя нас и не давая наделать глупостей. Потому что, если Курапова сорвет и пустит в ход кулаки, мои мужики его закопают живьем, я верю в это, но должна выговориться.

— А ты знаешь, почему я не сделаю этого? Потому что я не продажная двуличная тварь, как вы с Жанной.

— Кристин, послушай, да отойди ты, Олег, — Дима хочет взять меня за руку, отвести в сторону и поговорить.

— Все, ничего не надо и не трогай меня. Если меня не уволят и переведут на другой борт, я буду только благодарна.

А ты живи с миром со своей совестью. Пока, Олег, извини за это все.

Разворачиваюсь, ухожу, лишь слышу, как второй пилот орет на первого.

— Это правда? Ты написал на нее докладную? Ты ебанулся, Дима? И все потому, что она сказала тебе «нет»? Да я тебя сам за это ушатаю.

— Ну давай, ударь, хули ты просто стоишь и говоришь это?

Не знаю, что там происходило дальше, плевать. Достали все.

Остановилась посреди огромного холла аэропорта, смотрю на руки, пальцы дрожат, страх накрывает с головой, начинает тошнить.

Надо сесть и успокоиться, надо ехать домой, лечь и отдохнуть.

На стоянке говорю таксисту адрес, именно мой, а не тот, где я жила все эти три дня. Дурно так, что я практически задыхаюсь, открыв окно, медленно вдыхаю воздух.

— Девушка, вам плохо?

— Все нормально, сейчас пройдет.

Давно такого не было со мной, паническая атака пришла неожиданно. Обнимаю себя за плечи, раскачиваясь, прикрываю глаза, стараюсь вспомнить лучшие моменты своей жизни.

Если раньше это было то, как мы с братом ехали на велосипедах по пыльной дороге вдоль поля ярких подсолнухов, то сейчас это зеленые глаза Громова, его руки на моем теле, губы Артёма на моих, вкус лайма и джина, а еще смородины.

— Ты пахнешь майским небом.

Медленно повернулась на спину, приложила ладонь ко лбу, пальцы холодные. С трудом помню, как доехала до своей квартиры, после непонятно откуда взявшейся паники бил озноб, голова раскалывалась от боли.

Такое третий раз со мной, когда не знаешь, что делать и как быть, когда накрывает безысходность и понимание, что от тебя мало что зависит. Первый раз — много лет назад, после случая с парнями, которые просто пустили меня по кругу, второй — от передозировки на моих глазах брата, и вот сейчас.

Села, убирая с лица волосы. Надо собраться, хорошо подумать и решить вопрос с Семёном, с работой разберусь потом.

Не знаю, сколько сейчас времени, но я вырубилась моментально, как только добралась до своего дивана, зайдя в квартиру.

Не пойму, из-за чего стало так плохо? Жара, нервы, простуда или отравилась? Спотыкаюсь о брошенные посреди комнаты туфли, иду в ванную.