Двойная взлётная

Что за муж у тебя был, что ты такая голодная, девочка?

Снова его пальцы во мне, движения, еще, еще, Артём не убирает руки с клитора, я кричу, широко раздвинув ноги, начинаю кончать. Тело скручивает судорогой удовольствия, кажется, что внутри меня лопается шар.

— Ты видел? Наша девочка сквиртует. Сука, у меня сейчас яйца взорвутся, сперма уже подкатывает.

Меня все еще трясет вторым оргазмом за последние три минуты, падаю спиной назад, легким не хватает кислорода. Между ног влажно я чувствую, как кровь прилила к половым губам, как пульсирует клитор, его нежно трогают.

Две пары мужских рук гладят мое тело, я выгибаюсь дугой, как похотливая кошка, подставляя себя под их ласки.

— Иди ко мне, — Артём тянет меня, укладывая на свою грудь, убирает прилипшие волосы с лица, долго целует в губы, так что голова идет кругом.

Его член медленно входит в меня, я лишь издаю протяжный стон. Он двигается не спеша, входит неглубоко. Но я начинаю дышать чаще, когда пальцы Игоря растирают тугое колечко ануса, слегка проталкиваясь в него.

— Черт, Крис, ты чистый, сука, соблазн, мой член плачет от того, как хочет в твою попку.

Шлепок, второй, кричу, ягодицы горят огнем, но мне не больно.

По телу вибрация, кусаю губы. Смотрю в совершенно черные глаза Артёма, царапаю его плечи.

Все так невероятно остро и возбуждающе, грудь болезненно ноет, во мне выкручивает каждую мышцу в невероятной смеси боли и удовольствия. Вот меня растягивают еще больше, а я дышу чаще, хочу обернуться назад, но Артём не дает.

Его член так глубоко во мне, замирает, чувствую пульсацию, а еще как пальцы Игоря растягивают практически девственный анус моей же влагой.

— Дьявол, не могу больше.

А дальше происходит что-то невероятное, Артём выходит из меня, а вместо пальцев Громова мою попку заполняет его член.

Я кричу скорее от неожиданности и дискомфорта, чем от боли, дергаясь в попытке соскочить с него.

— Тихо, Крис, Крис, смотри на меня, смотри.

Замираю, кажется, перестаю дышать, там, внизу, все горит, а я под гипнозом глаз Артёма, делаю, как он говорит.

— Расслабься, он не сделает больно, слышишь, расслабься.

— Сука ебаная, до чего узкая попка, твою мать, девочка, она сдавливает меня, словно тисками.

Я лишь киваю, почти ложусь на грудь мужчины, у него прохладная и гладкая кожа, уже не знаю, кто из них стимулирует клитор, но это отвлекает и возбуждает снова.

Прикрываю глаза, ловлю ощущения, таких еще не было никогда.

Не слежу за временем, слышу только тяжелое дыхание мужчин, иногда мат Громова. Его член в моей попке двигается более уверенней, раздражая чувствительные нервные окончания, растягивая под свой размер.

Не представляю, как он вообще вошел в меня? Он же огромный. Но тело приняло, а теперь отзывается на любое движение.

— Сука, Тём, я так долго не протяну.