Эликсир от глупости

Честное слово, я даже не знаю, почему вдруг вчера у меня рога выросли? Вернее, знать-то я знаю, просто было ужасно глупо их показывать, простите за каламбур, – торопливо говорила девушка, глядя на Александра виноватыми глазами.

– Можно еще раз, и желательно – по-русски? – хохотнул он.

– Понимаете, я вчера как представила, в каком виде вы меня лицезрели, пока из ванной в комнату тащили, со мной прямо помутнение мозгов приключилось, – откровенно призналась Вика.

– Очень нужно мне было ваши прелести рассматривать! Я когда увидал вас в таком состоянии, страшно перепугался, даже не мог сообразить, что нужно сначала делать – то ли нести вас на постель, то ли звонить врачу.

– То, что вы страшно испугались?

– Какое это теперь имеет значение? Хорошо, что с вами сейчас все в порядке, остальное не так уж важно, – махнул он рукой.

– Может быть, для вас это и неважно, а для меня…

Вика тряхнула головой и, завернувшись в простыню, сползла с кровати. Она прошлепала босыми ногами к холодильнику и достала бутылку сухого вина.

– А давайте, Александр, мы с вами выпьем за мое скорейшее выздоровление и завершение той неприятной истории, в которую я угодила! Надеюсь, что мне все-таки удастся выбраться из нее целой и невредимой.

– Кстати, Виктория, а у вашего директора остались какие-нибудь родственники? Ведь в фирму вложено солидное состояние. К кому-то ведь должно все это перейти?

– Вроде не осталось никого, была тетка и та умерла. Женщин у него было навалом, он их как перчатки менял, но связывать свою жизнь с кем-то из них не желал, все время отшучивался, когда я ему говорила, что угомониться пора. Рано мне еще, Викуся, говорил, ярмо на шею вешать.

– А компаньона у него не было? – продолжал осторожничать Александр.

– Вроде бы не было. Он один раз как-то проговорился, что иметь компаньонов в наше время чревато последствиями, что, мол, доверять сейчас нельзя никому – иначе быстро на тот свет отправят. А видите, как получилось? И без этого на тот свет отправили.

– Ну, и кто же теперь все унаследует?

– Понятия не имею, Александр, и, если честно, меня это совсем не интересует! Ходили, правда, слухи, что у него есть внебрачный сын, но я Виктора об этом никогда не спрашивала.

Не люблю, знаете ли, к людям в душу лезть. Если так оно и есть, значит, будет кому все унаследовать. Даже хорошо было бы, если так, а то ведь все государству отойдет, обидно даже.

Александр слушал Викторию и внимательно наблюдал за ней.

«По ней совсем не скажешь, что она сейчас темнит», – думал он. Он достаточно пожил на свете, чтобы научиться видеть и чувствовать людей, и сейчас он чувствовал, что Вика говорит абсолютно искренне.

«В чем же здесь загадка?» – напряженно размышлял он.