Эрагон

Подняв вопросительно бровь, он наконец промолвил:

– Полагаю, что теперь ты выполняешь свой долг…

Бром покачал головой:

– Нет, все не так просто. Та вещь некоторое время назад была украдена – во всяком случае, так предполагаю я, ибо не получал никаких известий от наших друзей и сильно подозреваю, что их посланцы угодили в засаду. А потому и решил сам выяснить все, что смогу. Эрагон весьма кстати направлялся в ту же сторону, и мы уже довольно давно путешествуем вместе.

Вид у Джоада был озадаченный.

– Но если они ничего не сообщили тебе, откуда же ты знаешь, что это…

Бром быстро перебил его:

– Дядю Эрагона зверски убили раззаки.

Они сожгли их дом, разорили ферму, и Эрагон теперь, естественно, жаждет мести. Но мы сбились со следа, и теперь нам нужна помощь, чтобы разыскать этих раззаков.

Лицо Джоада прояснилось.

– Понятно… Но почему вы решили, что они скрываются именно здесь? Я, конечно, не знаю, но если кому-то о них и известно, то он тебе никогда этого не скажет.

Бром вытащил из-за пазухи найденную Эрагоном фляжку и протянул ее Джоаду.

– В этой фляжке масло сейтр – то самое, очень опасное.

Те раззаки везли его с собой. И в пути потеряли. А мы случайно нашли. Нам необходимо посмотреть записи о поставках морских грузов в Тирм, чтобы попытаться понять, кто из слуг Империи занимается закупками этого масла. Что, в свою очередь, поможет нам снова выйти на след раззаков и отыскать их логово.

Сильно наморщив лоб, Джоад некоторое время думал, потом указал Брому на полки с книгами и сказал:

– Видишь? Здесь все записи о моих торговых сделках. Но только о моих! Ты взялся за такое дело, которое может потребовать несколько месяцев кропотливого труда.

Но дело даже не в этом. Главное в том, что записи, которые тебе так нужны, хранятся под строжайшим наблюдением Бранда, которого Ристхарт назначил управляющим по торговле. Простые купцы до этих документов не допускаются – вдруг мы подделаем данные и обманом лишим Империю ее драгоценных налогов?

– Ничего, с этим мы, я думаю, как-нибудь справимся, – сказал Бром. – Нам бы только отдохнуть сперва несколько дней, прежде чем к делу приступать.

– Ну что ж, в этом-то я тебе помогу с удовольствием, – улыбнулся Джоад. – Мой дом – это твой дом.

Кстати, как ты назвался, въезжая в Тирм?

– Теперь меня зовут Нил, – сказал Бром, – а мальчика – Эван.

– А по-настоящему Эрагон… – задумчиво произнес Джоад. – Редкое у тебя имя, сынок. Немногим выпадала честь быть названным именем первого Всадника! Я знал лишь о троих, кого нарекли этим именем.

Эрагон молчал: оказывается, Джоад знает о происхождении его имени!

Бром искоса глянул на него и сказал:

– Сходи-ка проверь, как там лошади. По-моему, я Сноуфайра недостаточно крепко привязал.