Гори для меня, ведьма

Куда бежать, кого спасать? Близился рассвет, что снизит мои и без того ограниченные способности — поэтому действовать нужно прямо сейчас.

Моя тьма имеет лимиты — она “видит” лишь на несколько метров, что явно недостаточно. Мне нужно знать все: сколько имперцев успели пробраться на территорию замка, где еще остался последний оплот сопротивления, где расположено то самое сердце и можно ли как-то его восстановить. Не это ли подразумевал Эйден, говоря, что я могу всех спасти?

— Ну что, Ассия, пора вернуться к старым методам. — Прошептала я, поудобнее перехватывая кинжал. Одним резким движением сделала надрез на ладони, что тут же начала наполняться темно-бордовой кровью.

Мое чудовище подняло голову и оскалилось от уха до уха, открывая вид на острые как бритва зубы. Поток холодного воздуха хлынул в разные стороны. Огни на стенах мелко задрожали, а затем поочередно погасли. Тьма обволокла меня со всех сторон, обнимая, как родную дочь.

Я приложила окровавленную ладонь к стене и закрыла глаза. Мое сознание словно захватило потоком ветра, пронося по темным коридорам, закрытым комнатам, крутым лестницам, подземельям, холлам, протащило меня до замковой стены, а затем подняло к облакам — на высоту птичьего полета, позволяя узреть полную картину.

Увиденное поражало. Огонь с лабиринта перекинулся на постройки внутри замковой территории: конюшни, амбары, часовню, отвоевывая с каждой минутой все больше пространства. Во дворе воцарился настоящий хаос: с дикими воплями слуги пытались сбежать, но их догоняли беспощадные далмарийцы.

Замковые ворота были буквально выкорчеваны, словно кто-то или что-то попытался сорвать их с петель. Отряд имперцев двинулся в сторону столицы, откуда уже доносились крики и виднелись всполохи пламени.

Замок вновь содрогнулся, и одна из башен обрушилась, погребая под собой разбегающихся в панике людей. В воздухе разлился запах магии — прежде мне незнакомый. Это не была ни светлая, ни темная магия. Какая-то помесь, мутант. Она ощущалась неправильной, пугающей, подавляющей, и на ее фоне мое чудовище вдруг стало казаться безобидной бабочкой.

Испытывая почти первобытный ужас, я вернулась в свое тело и немедленно пришла в движение. А все потому, что на секунду мне показалось, что эта сила почувствовала мою.

К счастью, моя “вылазка” не была напрасной. В замке я теперь ориентировалась так, словно лично возводила эти стены. Эйден был прав: большую часть жителей уже согнали в роскошный церемониальный зал, потерявший все свое величие. Трон опрокинут, гобелены изрезаны, словно символизируя низвержение всего королевства.

Идти туда я, конечно, не буду — я же не дура соваться прямо в руки врага. А вот у покоев короля моя помощь будет очень кстати.