Из западни

Сообщение о том, что японцам удалось заблокировать порт-артурские броненосцы, произвело на кораблях Владивостокского отряда крейсеров, который весь город втихомолку величал «нашей эскадрой», эффект разорвавшийся бомбы. Все флотские, от контр-адмиралов Руднева и Гаупта и до последнего матроса, который охранял угольный склад, были едины в понимании простого факта: пять броненосных крейсеров Владивостока остались один на один с одиннадцатью кораблями линии Того и Камимуры, шесть из которых к тому же были полноценными броненосцами. Из Артура их мог поддержать только броненосный «Баян». Расклад был явно не наш…

О чем Платон наперед не знал, так это о том, что в довершение букета неприятностей через несколько дней после закупоривания порт-артурского фарватера из Питера придет информация, что в связи с успешной деятельностью кораблей Добротворского и Вирениуса на крейсерском поприще отношения России с Англией подойдут к точке кипения. В итоге, пока разворачивается дипломатическая битва, Суэцкий канал наши военные суда проходить не смогут, а союзная нам Франция в унисон с британцами вознамерится ввести всеобъемлющее жесткое правило «24 часов» для русских кораблей! Посему контр-адмирал Вирениус с «Ослябей», «Авророй» и сопровождающим их «Смоленском» болтаться в нейтральном Сайгоне до разблокирования фарватера не имеет права. Англичане только этого и ждут, дабы принудить их к интернированию. Ибо теперь в их и французских гаванях или даже просто бухтах корабли воюющих сторон имеют право стоять не более суток.

Сразу идти в Артур им нельзя – «Ослябя» проживет на внешнем рейде не больше недели, пока его не достанут вражеские миноносцы или даже броненосцы с предельной дистанции. Остается только Владивосток, но Того тоже это прекрасно понимает! А при заблокированном Артуре сил для ловли одиночного броненосца и бронепалубного крейсера у японцев более чем достаточно. Увы, командованию первой тихоокеанской эскадры оставалось слишком мало вариантов для принятия решения. «Ослябя» или должен был скитаться где-то в море, пока не расчистят проход в Порт-Артур, или, невзирая на ожидающий японский «комитет по встрече», попытаться проскочить во Владивосток мимо него.

По счастью, североамериканцы пока в этой антирусской игре открыто не участвовали, и Макаров после двух дней непрерывных телеграфных споров с Рудневым и Алексеевым приказал Вирениусу перенести свои операции к Филиппинам. Затем дождаться «Орла» и «Саратова», забункероваться с них «под завязку», после чего, отправив вспомогательные крейсера на коммуникации со стоянками в районе Марианы – Бонин, идти во Владивосток в обход Японии.