Из западни

Но после опустошения всех минных аппаратов и появления в темноте силуэтов явно боевых кораблей Семенов спросил:

– Ну что, Николай Михайлович, ворочаем к Артуру? Мины все выпущены. Кроме одной в носовом минном отделении, но Мяснов докладывает, что с ней проблемы, воздух травит. Сейчас ремонтируют. Как быстро управятся, сами не знают.

После недолгой паузы последовал спокойный ответ командира:

– Рано, Владимир Иванович. Пусть наши артиллеристы еще поработают, полагаю, что вполне успеем пару-тройку их транспортов продырявить хорошенько.

Иванов решительно повел свой крейсер дальше в глубь растянувшейся группы японских транспортов. Его двенадцать шестидюймовок и восемь трехдюймовок вели беглый огонь по любой мелькавшей в темноте тени. Единственной видимой наградой для артиллеристов стал взрыв, осветивший полнеба после попадания одного из их снарядов. Небольшой транспорт «Коба-Мару», перевозивший боеприпасы для артиллерийских парков второй армии и запас инженерной взрывчатки, разнесло в пыль. С полдюжины трампов и их грузы пострадали от «стрел» «охотницы» не столь эффектно, но тоже довольно серьезно. Впрочем, далеко не все транспорты получили снаряды собственно с «Дианы». В неразберихе ночного боя японцы, атакуя русский крейсер в гуще своих купцов, и сами не один раз всаживали снаряды в свои корабли и суда…

Давно пропали в темноте сопровождавшие крейсер миноносцы, зато то с одной, то с другой стороны начали вылетать в атаки на одинокий крейсер японские истребители. Их атаки удавалось отбивать без потерь, но когда подоспела пара крейсеров Четвертого боевого отряда, «Нанива» и «Такачихо», стало хуже. Они тоже рванулись было в бой с «Баяном» и «Аскольдом», но отстали от более быстроходных и современных коллег. Потом изменили курс и пошли на взрывы торпед, выпущенных отрядом «Новика». И вновь не успели к делу. Но в результате своих метаний оказались неподалеку от залива, где бесчинствовала «Диана».

Какое-то время артиллеристам «богини» удавалось совмещать обстрел атакующих миноносцев и перестрелку с бронепалубными крейсерами, но в конце концов одиночный корабль, подвергавшийся постоянным атакам со всех сторон, получил закономерную торпеду от подкравшегося в темноте «Муракумо». Иванов попытался уйти, направив раненый крейсер в ту часть горизонта, откуда никто по нему не стрелял, стараясь оторваться от противника. Но «рано» уже превратилось в «поздно»…

По трагической, как часто бывает на войне, случайности курс, выбранный Ивановым, выводил «Диану» прямо к тому месту, где, тихо покачиваясь на зыби, стоял на якоре «Фудзи». Командир броненосца, капитан первого ранга Мацумото, мудро решил не рисковать своим слишком ценным для Японии броненосцем в ночном бою.