Менталист

 — Если б он был героем фильма, то непременно страдал бы раздвоением личности. Но на самом деле это крайне маловероятно. На том этапе, где я сейчас нахожусь, по крайней мере.

— Хорошо, это уже действительно кое-что, — сказала Мина. — То есть ты все-таки полагаешь, что все это подходит Даниэлю?

Винсент встал посреди тротуара. Вышедшие из книжного магазина мужчина и женщина едва на него не налетели. Винсент сделал виноватое лицо, и они улыбнулись.

— Нет, нет, совсем наоборот, — поспешил возразить Винсент. — Это ведь ты с ним разговаривала. Даниэль не демонстрировал ничего подобного ни в кафе, ни на допросе в полиции.

Мы говорим о той степени нарциссизма, которая непременно должна была бы просочиться в разговор. Но уже одно то, что Даниэль употреблял слово «мы» вместо «я»… В нем, конечно, чувствуется некое самолюбование, но, черт возьми, ему двадцать лет. Кто не самолюбив в этом возрасте?

Винсент почти подошел к дверям первого магазина пластинок. Какая-то часть мозга уже озадачилась вопросом, чего не хватает в его домашней коллекции, и не находила ответа. Похоже, предстоит обыкновенный бесцельный шопинг.

 Что ж, иногда так даже лучше…

— Ты говорил о нарушениях эмпатии, — снова послышался голос Мины. — Это такое психическое расстройство… но ведь эмпатию можно симулировать?

— Можно симулировать сострадание при осознании такой необходимости, — Винсент кивнул, забыв, что Мина не видит. — И Даниэль тщательно контролировал каждое свое слово и поведение до мельчайших деталей. Только вот увеличение зрачка, когда он заговорил о своей девушке, трудно поддается осознанному контролю. Да и вообще, не думаю, что он способен строить более сложные планы, чем меню на ближайший ужин.

Судя по тому, что я видел, во всяком случае.

— То есть Даниэль не убийца? Ты не согласен с Рубеном?

— Что касается преступников, здесь я не профессионал, ты же знаешь. И твоя группа мне не доверяет. Это всего лишь частное мнение, которое может оказаться насквозь ошибочным.

Винсент взялся за ручку двери магазина и остановился на ступеньках.

— Но у Даниэля какие-то проблемы, — продолжал он. — Зачем он так тщательно себя контролирует и почему так напрягается в присутствии полицейских? Вот что мне хотелось бы сейчас знать.

— Мне тоже. Спасибо за профиль. Постараюсь в самое ближайшее время донести его до сведения Юлии.

Винсент покосился на витрину с виниловыми пластинками.

— Какую музыку ты любишь? — спросил он Мину.

— Э-э-э… музыку? О чем ты, Винсент?

— Так, ничего. Просто мысли вслух.

Он дал отбой и вошел в магазин. Хорошо, что Ребекка не слышала окончания разговора, иначе подняла бы отца на смех.

Ему опять снился старый друг. Кристер и сам не мог понять, зачем Лассе являлся ему ночами.