Менталист

Так давно это было… Так много людей прошло через его жизнь… Все они уходили бесследно, и ни один не снился, включая мать. Наверное, потому, что она и без того все это время оставалась рядом. И дома Кристер по-прежнему жил в окружении ее вещей. И это ее лицо смотрело на него с фотографий на стенах. Являться ему во сне для матери было бы лишнее.

Лассе как раз собирался что-то сказать, когда другой голос вернул Кристера к реальности, заставив резко выпрямиться на стуле и заспанно оглядеться.

Над ним, скрестив руки и широко улыбаясь, стоял Рубен.

— Вздремнул немного?

— Нет, нет… я только… глаза зачесались.

Сколько можно смотреть эти чертовы записи…

— Ну, спи, спи… Педеру, во всяком случае, это нисколько не мешает работать.

Рубен, подняв одну бровь, выглядел серьезным.

— Ты уже рассказал Юлии, кого видел возле кафе?

Он показал на монитор, где воспроизводился материал с камеры наблюдения. Кристер перевел испуганные глаза с Рубена на экран.

Рубен наклонился, взял мышь и отмотал видео назад. Потом нажал «воспроизведение» и ткнул пальцем:

Все тот же хромающий мужчина. У Кристера упало сердце.

Он чувствовал, что с этим хромцом что-то не так, и все еще не мог понять, что именно.

— Ты не должен ни в чем себя винить, — Рубен ободряюще похлопал коллегу по плечу, — но у меня хорошая память на лица. Он часто бывал там?

— По несколько часов каждый день.

Мысли заметались, как испуганные крысы в лабиринте, а потом наступило озарение. Кристер повернул побледневшее лицо к Рубену.

Ведран потирает руки, пытаясь противостоять холоду. Перчатки остались в машине — надо же быть таким растяпой… Знает ведь, что по утрам холодно даже в мае.

Солнечные лучи, словно пытаясь просочиться внутрь, золотят гофрированную крышу Тредгордсхаллена в Остре, южном пригороде Стокгольма. Наручные электронные часы показывают 4:45. Это время сегодняшнего восхода солнца согласно метеосводке. То есть сейчас самое начало дня.

Тредгордсхаллен откроется не раньше пяти, но тетя Йорданка с малолетства приучила Ведрана появляться на месте чуть раньше остальных. Это особенно важно, когда работаешь с цветами.

Небольшая пробежка по площадке, чтобы разогнать кровь. Утро выдалось по-осеннему холодное, хотя днем и обещали жару.

Хорошо еще, что Ведран надел шерстяные носки. Его цветочная лавка в Ханинге, конечно, не бог весть что, но те, кто у него покупает, довольны. Даже более того, они возвращаются. Это ради них он мерзнет возле Тредгордсхаллена, чтобы иметь лучший выбор.

Ведран занимается цветами без малого сорок лет. Большинства его конкурентов не было на свете, когда он начинал. Это его цветы вручали в Белграде футбольной команде «Црвена Звезда», когда они выигрывали матчи.