Менталист

Понимаю, что должна была тебя разбудить, но это вряд ли мне помогло бы, а ты проспишь и Третью мировую… И вот примерно на двадцатом часу моего бодрствования Молли срыгнула на Мейю, и как только я привела в порядок их обеих, Майкен умудрилась обделаться мимо памперса, и я тут же была вынуждена заняться ею. И вот сидела с ней на руках, с этим чертовым ребенком, как какая-нибудь звездная мама с глянцевой обложки. Да, именно так это должно было выглядеть, когда я потягивала латте и жевала печенье с чиа. И ничто больше не напоминало ни о рвоте, ни о какашках. Но должна предупредить: если сегодня что-нибудь пойдет не так, я брошусь с моста Вестербрун, слышишь ты, Педер? Еще одна приятная неожиданность — и я прыгаю.

Боссе рвался с поводка, но Педер потянул его за собой, быстро вышел и осторожно прикрыл входную дверь. Потом вытащил мобильник и отправил Анетте сообщение, что его срочно вызвали на работу. Кликнул на записную книжку, проверил адрес.

На какой-то момент он подумывал позвонить, но в итоге сунул мобильник обратно в карман.

Уж лучше так, без предупреждения.

Из-за двери Беньямина доносилась приглушенная, но в высшей степени странная музыка.

Винсент хотел постучаться, да так и замер с поднятой рукой. Он пытался вникнуть в то, что слышал, чтобы было с чего начать разговор с сыном. Ни в коей мере Винсент не претендовал на роль «клевого папы», никогда не питал таких амбиций. Он вообще с трудом понимал людей, которые вечно что-то кому-то доказывают, тем более собственным детям. Но говорить о серьезных вещах проще, когда понимание уже достигнуто на другом, пусть даже не таком глубоком уровне.

Кроме того, музыкальные интересы подростка — тоже своего рода вызов.

Возможность нового опыта, который Винсент не получил бы иначе. Новые, неожиданные впечатления — лучший способ поддерживать мозг в тонусе. Странно, что люди этого не понимают, поэтому и занимаются всю жизнь одним и тем же и при этом довольны и собой, и жизнью. Вот что всегда удивляло Винсента.

Он приложил ухо к двери и вдруг понял, что думает о музыке Беньямина. Не то чтобы это было совсем плохо, но не хватало контекста. И первое, что приходило в голову на эту тему, был цирк. Что-то вроде циркового оркестра, но состоящего из одних брутальных мужчин с окровавленными топорами.

Цирк убийц. Воображение, прежде чем Винсент успел с ним совладать, уже рисовало, как все это могло бы выглядеть, на афишах и на манеже. Как это звучит, Винсент уже знал. Он постучал в дверь шесть раз — три раза по два удара. Ощущение древесины на костяшках пальцев вернуло его к реальности. Не дождавшись ответа изнутри, Винсент открыл дверь и вошел, бросив быстрый взгляд на стационарный компьютер Беньямина.