Менталист

И лишь оставшиеся двадцать пять приходились на смертельный исход.

Мина вскрикнула, как только ее голова ударилась о крышку верстака. В телефоне раздался глухой стук, и Кеннет немедленно вернул Мину в вертикальное положение. Ее тело спазматически содрогалось, взгляд застилали слезы. Отметина на лбу имела ярко-морковный цвет, и все-таки гвоздя не было.

— Ну, разве это не здорово, Винсент! — рассмеялась Яне. — Согласись, вот настоящее шоу… Ну, еще три раза. Публика затаила дыхание. Давай!

— Прекрати, — прошептал Винсент. — Хватит, или у нее будет сотрясение мозга. Я сделаю, что вы хотите, только прекрати, пожалуйста.

Я больше не могу.

Он моргал и чувствовал, как по щекам текут слезы.

— Выбирай! — возвысила голос сестра.

— Нет! — закричал Винсент.

Яне махнула Кеннету, и тот без предупреждения ткнул Мину лицом в пакет номер пять — та успела лишь слабо простонать. Когда голова Мины снова поднялась, кровавое пятно осталось и на крышке верстака. Слезы текли ручьями, плечи вздрагивали. Мина смотрела вперед, но взгляд ее был расфокусирован. Ничто в нем не указывало на то, присутствовала она в этой реальности или уже переместилась туда, куда Винсент не мог за ней последовать.

Отметина на лбу кровоточила, и все-таки это был не гвоздь.

Винсент смотрел на оставшиеся два пакета, номера третий и четвертый. Пятьдесят на пятьдесят. Теперь Мина была как ассистент Шредингера — не вполне живой, но и не мертвой. Эта мысль пришла в голову ему прежде, чем он успел ее остановить. В этом отношении статус Мины оставался неопределенным до тех пор, пока Винсент не сделал свой выбор. Но разве это был его выбор?

Он смотрел на нее, на женщину-полицейского, которую успел узнать лучше, чем кого-либо другого, включая себя самого.

На ее темные волосы, правильные черты, заострившийся нос. На припухшие губы и зудящие связанные руки. На ее лице не просматривалось никакого выражения, но в глазах светился интеллект — больше, чем когда бы то ни было.

Это она сунула соломинку в его банку с пивом.

А потом взяла его руку.

Это она плакала на его плече.

И теперь Винсент ни в коем случае не должен ее подвести.

Она нужна ему, просто для того, чтобы оставаться в этой реальности, в настоящей реальности. С тех пор как она появилась в его жизни, изменилось все.

Гораздо больше, во всяком случае, чем она об этом знала. И больше, чем он мог бы объяснить. Когда Мина была рядом, черная тень, которая жила в Винсенте, словно лишалась своей силы. И это при том, что она…

Мысли цеплялись одна за другую.

Два пакета, два варианта.

Она будет жить. Она умрет.

Но так не годится. Ему нужна хоть какая-то наводка, хоть что-то, что могло бы помочь определиться с выбором.

— А теперь барабанная дробь! — торжественно провозгласила Яне.