Менталист

Вид того, что находится внутри ее и чего она избегает всеми силами, каждым мгновением сознательной жизни, всегда повергал ее в состояние тотальной паники. Одного раза оказалось достаточно. Как-то, болея гриппом, Мина протиралась спиртом в три раза чаще, чем обычно, для верности глотая по десять горошин белого перца в день. Что такое было с этим белым перцем, науке так и осталось неизвестным, но мама Мины всегда так делала, и сама Мина за последние десять лет так и не нашла лучшего способа борьбы с болезнями желудка.

Она поднимается на три ступеньки. Теперь ее макушка на уровне края контейнера.

Мина все еще не может видеть того, что внутри, но запах, насколько такое возможно, становится еще более пронизывающим и едким. Мина натягивает на нос воротник пуловера — жалкая защита. Несколько паучков пробегают по ее руке, но это ничто по сравнению с запахом.

Ступенька, еще одна — и Мина на самом верху. Смотрит в контейнер, полный тушек. Норки — их тысячи и тысячи, на разных стадиях разложения. Все это шевелится, и Мина знает почему. Туши наполнены газами, червями и трупными мухами в таком количестве, что они заставляют мертвую плоть двигаться.

И Мина наклоняется в сторону, позволяя не до конца переваренным хлопьям для завтрака извергнуться наконец на бетонный пол.

Слезы текут ручьями. Сердце бьется с утроенной силой, и Мина чувствует, как взмокли от пота ладони. Паническая атака угрожает накрыть ее волной, но Мина сдерживает ее одним усилием воли, потому что иначе полностью утратит контроль над собой и ситуацией.

Она косится на Винсента. Тот как будто оправился, только щеки красные. Сидит и смотрит на нее. Сможет ли он идти? Не пора ли делать ноги, потому что Яне с Кеннетом, похоже, уже далеко? В следующий момент Мина понимает, что это не самая удачная идея.

Пройдет много времени, прежде чем Винсент сможет передвигаться быстро, что уж говорить о способности к сопротивлению…

Мина ставит ногу на край контейнера, стараясь игнорировать раздутые от газов, разлагающиеся звериные туши. Прогоняет мысль о миллиардах червей и трупных мух, в отчаянии вызывая в воображении картинки с единорогами под радугой, летними лугами и симпатичными котятами.

Прибывшие из Норртелье полицейские обнаружили Мину и Винсента на полу мастерской.

Мина обливалась водой из шланга, из которого наполнялся бак, но в волосах застряло несколько кусков полусгнившей плоти. Будь у Мины ножницы, она обрезала бы волосы под корень.

Одежда Мины, раз и навсегда испорченная, ворохом лежала в углу. Винсент дал ей, чем прикрыться взамен. Но липкий от крови телефон был найден, и все сработало. Сделав звонок, Мина отшвырнула его в сторону, а потом затопила водой из шланга.

Полиция Норртелье выслала двух женщин.