Муассанитовая вдова

– Да нет у меня никого! Это ты пропадаешь целыми днями, и я подумала… если контракт будет у тебя, как-то лучше… И я тебе надоела, наверное…

В голове все перепуталось, наступил острый приступ косноязычия, слова путались и цеплялись друг за друга, как неправильно собранные шестеренки в механизме.

– То есть ты переживаешь из-за контракта и никуда меня не выгоняешь? – В глазах соседа мелькнуло изумление.

Я осторожно кивнула.

Льерт недоверчиво, слово я могла передумать, отпустил запястье, взял листы контракта, свернутые в рулон, и не глядя затолкал в задний карман брюк.

– А подписать? – спросила растерянно. Считала, это должно было быть по-другому. Думала еще предложить отпраздновать… – Термоперо там, на комоде…

– Да плевать, – фыркнул он, чему-то широко улыбаясь.

Внезапно поймала себя на том, что молча стою и смотрю на Льерта, захваченная в плен серых омутов. Наверное, надо что-то сказать…

– А ты? – пробормотала смущенно. Отошла, села на диван, принялась поправлять подушки. – Ты ведь тоже что-то хотел? – Льерт удивленно-вопросительно приподнял брови. – Ты что-то хотел предложить.

– Ах, это… – Он почесал затылок и так долго молчал, что у меня закралось подозрение, что он забыл, о чем хотел поговорить.

 – Я предлагаю посмотреть на звездное небо. Оно очень красивое в этом секторе космоса. Вот-вот начнется сезон ветров, воздушные массы принесут плотные облака, и будет ничего не видно. Как ты смотришь на то, чтобы сегодня собраться на ночную прогулку?

Глава 19. Ветер перемен

– А это созвездие Саламандры. Его самая яркая точка на хвосте – на самом деле тройная звездная система, но две из трех звезд настолько тусклые, что мы не можем разглядеть их без телескопа.

– Вон та? – Вытянув руку, ткнула пальцем в белую точку на чернильно-кобальтовом небе.

Мы валялись на лугу и рассматривали бескрайную простыню мироздания. Нагретые за день трава и земля служили нам ложем. Я растерялась как маленькая девочка, когда Льерт озвучил приглашение, и думала отказаться, но сейчас тихо млела от спокойного мужского голоса, освежающего ночного ветерка и фантастической картины на небосклоне. Время давно потеряло счет – рассказывал Льерт интересно, а за долгих три недели я и забыла, насколько с ним тепло и уютно.

Мужчина повернул голову, и терпкое полынное дыхание коснулось моей щеки. Он прищурился, разглядывая небо и пытаясь понять, на какую звезду я указываю, и неожиданно громко фыркнул.

– Да нет же, Селеста! Это один из четырех спутников Оенталя, потому он такой яркий, а вон та, – горячая ладонь легла поверх моего запястья и чуть сдвинула его, – тройная звездная система Саламандры, о которой говорил.

– Спутник, звезды… Они же похожи! Как ты их отличаешь?! – изумилась я искренне.