Когда гуманоиды летают по стандартным коридорам, встроенные в бортовой компьютер навигаторы идеальны, но, если речь заходит о траектории, которая хоть сколько-то отличается от проторенных троп, ни одна программа не может учесть всех деталей. Например, в одном секторе могут внезапно возникнуть гравитационные аномалии, в другом – астероидный пояс. Сюрпризов в космосе немало, и чтобы точно учесть все риски, требуется мозг гуманоида.
– А посадки на Оенталь – тоже что-то необычное?
– И да, и нет. Если речь о чартерных рейсах транспортников с Федерации, для них все просто.
У кораблей с Танорга или Цварга мощные современные двигатели, которые оптимально подстраиваются под потребление топлива при посадках и взлетах. К тому же, даже если они пережгут немного горючего, не беда – на территории Федерации дозаправятся. А маленьким звездолетам, чтобы точно выйти на орбиту, приходится стартовать на полной мощности. Двигатели пережигают лишнее топливо, которое в этом секторе космоса стоит недешево. С Оенталем мне вообще повезло, так как это планета с экстремальной прецессией оси, и расчеты накладываются на изменения в гравитационном фоне… – Видимо, что-то отразилось на моем лице, потому что Льерт снова рассмеялся: – Прости, я не подумал, что ты можешь этого не знать.
– Он сорвал пушистый колосок на тонком стебле и поднес к моим глазам. – Представь, что это, – он шевельнул травинкой, шутливо шлепнув меня мягкой частью по носу, – ось вращения планеты. А это, – сжал левую руку в кулак, – звезда, вокруг которой вращается планета. – Я кивнула. Представила. – Если планета вращается вокруг звезды по окружности – это классическая схема.
– Льерт, удерживая стебель в вертикальном положении, начал крутить его вокруг кулака. – А если так, – принялся наклонять травинку то в одну, то в другую сторону, продолжая вращать вокруг кулака, – планета с прецессией оси. В определенный момент времени к звезде ближе то один ее полюс, то другой…
– Звучит как магия какая-то, – пробормотала, завороженно глядя на гибкие пальцы Льерта, крутившие стебель.
– Да, космос – это магия, – согласился он, отложил травинку и открыто посмотрел на меня.
Миг, другой, третий…
Секунды замедлили свой бег или вовсе исчезли, замыкая нас с Льертом в одном пространстве-времени.
Очертания луга и цветных огней города где-то вдали давно слились с бесконечным чернильным небом. Истаяли лишние звуки, затих шуршащий ветер, замолчали сверчки, остались только мы вдвоем и мое сердце, которое принялось выстукивать гулкую дробь. Сильный красивый мужчина неотрывно смотрел на меня. С моего безмолвного согласия он поднял руку и пальцами обвел абрис моего лица.
– Ты такая красивая… – вырвалось у него внезапно.
