Муассанитовая вдова

На небосклоне появились первые звезды, и я начал тревожиться за Лесту. Слух и рога уловили ее приближение раньше, чем она появилась на участке. Бесконечно уставшая, она выставила ладонь вперед, прежде чем я успел поздороваться.

– Льерт, что бы ты ни хотел мне сообщить, давай завтра, а? Я в душ и спать. Такой знойный день, силы закончились.

Глава 13. Ночной гость

Совесть мучила недолго – спать хотелось сильнее. Все-таки нехорошо было оставлять Льерта одного и запрещать ему куда-либо выходить… Да и поговорить надо и о ситуации с Гутрун, и о том, что через две-три недели я впишу в контракт его же имя и он станет принадлежать самому себе.

Почему не сразу? Потому что переживаю насчет тех слов, которые говорил о нем первый маэстро. Гуманоиды так легко не расстаются с желанием умереть. Если оно имело место, необходимо выяснить причины. Может быть, я смогу чем-то помочь?

Ноги болели, на пятках образовались водяные мозоли, но я плюнула на это неудобство. Чтобы использовать заживляющий препарат, которым я намазывала язвы на теле Льерта, надо снова надевать халат, идти в гостиную… Мозоли так и так за ночь заживут.

Для чистокровной цваргини это сущая ерунда. А вот крем-пастой для поддержания бежевого цвета кожи надо основательно пройтись по всему телу. Завтра, все завтра…

Я отключилась раньше, чем успела натянуть на себя одеяло.

Сознание качало на волнах сладкой неги. Тихий басовитый голос звал меня по имени и дышал возбужденно, часто и шумно. Хм, интересные у меня сны про мужчин, раньше только кошмары о Юдесе снились.

– Ты такая красивая малышка, так восхитительно пахнешь, у тебя такие мягкие золотые волосы…

Прикосновение чьих-то пальцев около ушной раковины заставило резко взбодриться: это не сон! Холодок страха змеей скользнул вдоль позвоночника.

– Хватит дрыхнуть, детка! Я покажу тебе небо в алмазах, ты будешь стонать и просить еще…

Резко распахнув глаза, всмотрелась в густые тени. Надо мной кто-то нависал. Кто-то огромный. От испуга, что неизвестный пробрался в спальню, скрутило живот, в горле застрял колючий ком.

Это же не Юдес? Он не мог меня найти! Нет-нет-нет!

Две или три секунды я лежала неподвижно, чувствуя себя пригвожденной к матрасу. Тело налилось свинцовой тяжестью. Крупный мужчина. Зрение, как назло, не хотело выцеплять личность того, кто знал мое имя. Имя? Он сказал «Леста», а не «Селеста»!

– Льерт? – голос вернулся раньше зрения.

Мрак наконец-то отступил, являя оливковое лицо, тяжелую нижнюю челюсть с клыками.