Пешка в большой игре

А часам ничего не сделается, даже в ремонт отдавать не надо.

То ли упоминание о врагах, то ли о часах успокоило депутата.

— Кстати, о врагах, — заметил сановитый седовласый мужчина, удобно расположившийся в мягком кресле. — По-моему, мы недопустимо затягиваем развитие событий. «Промедление смерти подобно!» Помните, кто сказал? А уж он знал, что говорит…

— «Петр Петрович», — попытался пояснить Верлинов, но будущий вице-президент поднял руку, останавливая его.

— Когда власть валяется на земле, её обязательно поднимают. Стоит нам промедлить… «Если один человек чего-то не делает, за него это делает другой», — так говорит моя жена, когда я отказываюсь вести её в театр или ресторан…

Жена «Петра Петровича» была моложе его на двадцать лет, он часто её цитировал, а все мало-мальски осведомлённые люди знали, что она находит замену супругу не только для ресторана и театра.

Сам же он ни о чём не догадывался в полном соответствии со столь же часто цитируемой по другим поводам поговоркой «муж узнаёт обо всём последним». Впрочем, может быть, он просто не хотел догадываться, а народной мудростью оправдывал это нехотение.

— Если не мы — значит, кто-то другой. Скорее всего вояки, у нас есть кое-какие данные… Или коммуняки, или этот шизофреник. В любом случае народу, стране лучше не будет! Так чего же мы ждём?

Верлинов деликатно откашлялся.

— Как все вы, уважаемые коллеги, помните, суть проводимой моим отделом операции состоит в том, чтобы дать повод для парламентского расследования противозаконной деятельности Министерства обороны. Если повод будет серьёзным и привлечёт внимание общественности, то маховик расследования удастся раскрутить настолько, что начнётся настоящий звездопад и с ключевых постов уйдут люди, представляющие существенную опасность.

Верлинов сделал паузу и обвёл собравшихся взглядом. Все слушали внимательно, кроме будущего министра иностранных дел, озабоченно рассматривающего свои часы.

— Это даст нам двойную выгоду: устранение наиболее реальных конкурентов, претендующих на власть, и ликвидацию возможности противодействия нашим собственным попыткам. Потому что возбуждение процедуры импичмента может быть реально пресечено не Конституционным судом, а автоматчиками и танками.

Если же мы добьёмся своего, то никто, абсолютно никто не осмелится отдать приказ! Воля командиров всех уровней будет парализована, и при отсутствии личной заинтересованности никто не станет рисковать! Народ проголосует за перемены — тут нет сомнений. Возможны отдельные эксцессы, но у нас есть силы для их локализации.

— Всё это правильно, но, как верно заметил «Петр Петрович», чего же мы ждём? — спросил худощавый, интеллигентного вида молодой человек — будущий спикер.