Пешка в большой игре

У Кислого не было близких родственников, практически не имелось друзей, он вёл замкнутый образ жизни, страдал комплексом неполноценности и отсутствием способности к решительным действиям, поддавался чужому влиянию.

Кроме того, он имел высшее образование и незащищённую диссертацию, умел работать со статистикой и делать обобщающие выводы, писал для газеты, обладал хорошей репутацией, являлся абсолютно аполитичным, не принадлежал к каким-либо группировкам и кланам.

Воздействуя на Кислого через Мальвину, можно было добиться выполнения им действий, о подлинных целях которых он сам не подозревал.

На профессиональном языке это называлось использованием «слепого» агента.

Операция началась успешно, хотя и не без шероховатостей, интерес к ней ЦРУ придал делу совершенно другое значение, а внезапное появление Асмодея поднимало роль оперработника Межуева и выдвигало его в число ключевых фигур «Расшифровки». Успех операции должен был стать для него трамплином, забрасывающим на более высокий уровень служебной иерархии.

Может быть, поэтому, а может, из-за чувства вины перед Асмодеем майор относился к нему, как к родному брату, вернувшемуся после многолетнего отсутствия.

Пышно, с хорошей выпивкой, изысканной закуской и красивыми женщинами отметили встречу.

— Мне надо было настоять, заставить тебя уехать из Москвы, — каялся опьяневший Валентин Сергеевич. — Вся эта буча длилась полгода, ну восемь месяцев — не больше! Отсиделся бы где-нибудь, вернулся — и всё! Ни суда, ни колонии…

— Вы-то при чём, — великодушно отвечал сильно нетрезвый Асмодей. — Вы сказали, я не послушал… Сам дурак и виноват!

— Но где ты был после освобождения? Почему не звонил?

— Где был, там уже нету, — уклончиво отвечал Асмодей.

 — Да и какая разница…

Он возбуждённо смотрел на Ирку, с ногами забравшуюся на диван и медленно потягивающую «Амаретто» из пузатого бокала. Короткая, с разрезом юбка полностью открывала облитые блестящим нейлоном ноги.

— Сразу видно, когда колготки новые, — бессвязно проговорил он, и майор ничего не понял. — Тогда и класс другой… Только не знаю — встанет или нет после зоны… У многих так и не получается…

— Вон ты о чём, — майор похлопал агента по спине. — Не бойся! Лучшего сексолога найдём — всё будет в ажуре.

Да он тебе не понадобится: Ирочка и танку пушку задерёт! Давай ещё по одной…

Контрразведчик всегда и в любой обстановке находится на службе. Майор незаметно принял таблетку спецпрепарата, нейтрализующего алкоголь, и сейчас «прокачивал» Асмодея. Потом за дело возьмётся Ирочка: в постели выбалтываются даже самые важные тайны. А у агента, которому предстояло стать ключевой фигурой в ответственнейшей операции, не должно быть тайн от курирующего офицера.

Но рюмка повисла в воздухе.