Пешка в большой игре

Теперь ему приходилось задирать голову, что создавало физический и психологический дискомфорт.

Поза сыщика была не случайной, она отрабатывалась десятилетиями и имела целью оказать именно такое воздействие на собеседника. Потому что сотрудник отдела внутренней безопасности КГБ СССР Морковин двадцать пять лет службы беседовал с предателями — реальными, потенциальными или просто подозреваемыми в этом самом страшном для чекиста грехе, всевозможными оборотнями, подбиравшимися к секретам госбезопасности, кадровыми офицерами иноразведок и должен был добиться от них полной искренности, которая вообще-то совершенно несвойственна подобной публике.

— Ничего я не замечал. — Каймаков отодвинулся, уходя из зоны давления, и это ему удалось, потому что сейчас стул не был привинчен к полу.

— Продолжайте рассказывать. — Второму сыщику через месяц исполнялось сорок пять, и он подлежал увольнению с военной службы по возрасту и выслуге лет. «Инсек» должен был стать второй жизнью отставного майора, и он уже сейчас пытался пустить здесь корни, хотя официально продолжал службу в оперативном отделе ГРУ, где отвечал за обеспечение режима секретности.

Каймаков находился в кабинете один: Юркина вежливо, но настойчиво отправили ждать в машину.

— …Оказалось, что кастет и шило исчезли, вместо них в свёртке оказалось вот это, — он показал кафельную плитку и гвоздь.

Сыщики переглянулись.

— Кто мог это сделать?

— Посчитайте. Ваш приятель Левин, эта девица, кто ещё?

— На них я не думаю.

— Распространённое заблуждение. Дескать, орудует чужой, явный враг в чёрной маске, — улыбнулся Морковин. — Многие так считают. А вы слышали поговорку: «Предают только свои»? Как правило, «крот» оказывается близким человеком: друг, родственник, сослуживец, сосед.

Иногда — жена.

— Кто ещё мог подменить пакет? Подумайте. И потом: как я понимаю, больше вещественных доказательств у вас нет?

— Нет, — кивнул Каймаков. Но тут же вспомнил: — В сейфе есть отпечатки пальцев с кастета!

— Это хорошо. Правда, не исключено, что они тоже исчезли.

— Похоже, что вы находитесь в самом центре оперативной разработки. У вас не появлялось чувство, что вами манипулируют?

— На фиг я кому нужен? — жалобно проговорил Каймаков. — Ну богач, ну сын министра — понятно…

— Это мы и постараемся выяснить, — перебил Морковин.

 — От вас требуется одно: полностью держать нас в курсе дела и выполнять наши рекомендации. Вначале избавьтесь от микрофона в одежде. Вечером мы осмотрим вашу квартиру…

Возвращаясь с работы, Каймаков, следуя инструкции, сел в самый переполненный вагон метро. Он знал, что за ним должны следить, но он втиснулся в дверь последним, значит, наблюдатель находится на некотором удалении и контролировать каждое его движение не сможет.