Против течения

 — Я заплачу за лечение и пребывание в вашем доме цену, которую назначу сам, а вы согласитесь с ней, поскольку это выгодно тем людям, ради которых вы выдворяете меня отсюда.

Подбородок Энн гордо приподнялся, и ее глаза встретились с глазами сэра Джона: какое-то время шла молчаливая борьба.

Что-то сильное и магнетическое вибрировало в воздухе между ними, оба были напряжены, участившееся дыхание Энн слегка раздвинуло ее губы, глаза потемнели и расширились.

Совершенно внезапно она сдалась:

— Я принимаю ваше условие, сэр Джон, коль скоро вы оставляете нас.

— Я уеду завтра, — сказал он. — Я позвоню и велю прислать машину, чтобы уехать сразу после ленча. Это вас устроит?

Энн могла позволить себе расслабиться. Теперь, когда битва закончилась, она вновь казалась холодной, собранной и уверенной в себе. Ничто не напоминало о том, какой юной она выглядела только что, какой огонь был в ее голосе и какие горькие слезы на глазах. Сэр Джон встал:

— Итак, мы договорились. И спасибо вам за гостеприимство.

— За это вам надо благодарить отца.

Сэр Джон сделал несколько шагов по кухне, потом обернулся и взглянул на Энн:

— Вы великолепный борец, мисс Шеффорд. Я редко признаю себя побежденным.

На момент холодность исчезла, и Энн улыбнулась:

— Это звучит несколько устрашающе для меня.

— И все-таки, — с усмешкой заметил он, — это не тревожит вас, ведь вы выиграли.

— Выиграла? — Энн снова стала серьезной. — Я не скажу этого вам со всей уверенностью, пока не пройдет по меньшей мере три месяца, а может, и больше.

— Конечно нет. Полагаю, через какое-то время вы даже не захотите вспомнить наши имена. «Шеффорд? Шеффорд? — скажете вы. — Это, должно быть, та семья в ужасной деревеньке, где я попал в аварию. Интересно, что с ними случилось?» — Она имитировала великосветскую речь, но в ее тоне был оттенок презрения и горечи.

Сэр Джон криво усмехнулся:

— Мисс Шеффорд, мне следовало включить еще одно условие в наше соглашение, прежде чем я сдался. Очень сожалею, что не сделал этого.

— Что же это за условие?

— Следовало оговорить, что мне позволено хорошенько отшлепать вас, — сказал сэр Джон. — Вы этого заслуживаете.

Энн засмеялась, хотя ее щеки зарумянились, а глаза смотрели застенчиво.

— Слишком поздно, — сказала она. — Соглашение подписано.

Из коридора донесся звонок телефона.

— Звонят! — воскликнула Энн. — Я отвечу, в доме больше никого нет.

Она прошла в кухонную дверь и побежала по коридору, как будто была рада тому, что их прервали. Сэр Джон медленно двинулся следом. Телефон был в холле, и он невольно слышал разговор.

— Что?.. Кто говорит?.. Да, это Энн Шеффорд… Что?.. Что вы имеете в виду?.. Да… Да, доктор Шеффорд… но я не понимаю… Кто это сказал?.. Что? Да, у него это было и раньше… Да, доктор Эштон, я иду.