Ритуал последней брачной ночи
Никаких излишеств, полная аскеза…
Да, никаких излишеств, кроме лужи крови на простынях…
Дементий снова вооружился лупой и снова принялся шарить глазами по поверхности ножа.
— Нет, — вынес свой приговор он. — Поверхность абсолютно цельная, никаких гнезд для камней… Вот, посмотрите сами.
Но и без чертовой лупы я видела: бог Ваджрапани намертво вцепился в лепестки лотоса: ни единого зазора, ни малейшей трещинки, ни малейшей щели, ни заступа, ни выступа — удивительно монолитная штуковина! А может, чертов алмаз (или кусок слюды, кто его разберет?) просто пригрезился мне? Не было никакого камня?!.
— Ну что ж, Дементий… Большое спасибо за консультацию. Очень познавательно, нужно признать. Сколько я вам должна?
— По деньгам. — Черт, денег-то у меня как раз и немного, остатки Сергуниных полташек, едва ли я наскребу больше полутора сотен…
— Не знаю.
— Понимаю, — я сделала попытку притянуть нож к себе. — Но мне пора.
— Вам нужно уходить? — испугался Дементий.
— Да. И знаете что… Я, пожалуй, воспользуюсь вашим советом. Насчет музейных работников.
— Это хорошая идея, — прерывающимся голосом сказал Дементий, хотя я видела, что идея уже не казалась ему такой уж хорошей; прямо скажем, она была отвратительной!
Главное теперь — вырвать нож из цепких интеллигентных лап и добраться до спасительной двери! Но вырвать нож по-прежнему не удавалось: мы шарили пальцами по лезвию, и никто не хотел уступать.
— Может быть, кофе? — настигло Дементия неожиданное просветление. — Кофе? У меня очень хороший кофе. Молотый.
Так.
— Кофе?.. Пожалуй, кофе! — Я широко улыбнулась. — Не откажусь.











