Стилет для «Тайфуна»

Команды «стой» ведь не поступало. Но эта линия уже сразу включилась в огневой бой. Дым, стелющийся от горящих машин и разрывов снарядов, мешал как одной стороне, так и другой, и одновременно же выручал, снижая меткость огня. Завязалась дуэль артиллеристов и танкистов. А следом подошла пехота. Если в центре пехота никак не могла повлиять на течение боя, то на флангах стало жарко. Там дистанция между противниками была меньше. Немецкая пехота рвалась к русским пушкам. Пехотное прикрытие пока держалось, но нажим усиливался. Немецкие танки, прикрывшись с фронта подбитыми и горящими машинами, развернулись к русским фланговым позициям лобовой броней и стали выбивать сорокапятки. Как сказал бы писатель-баталист – наступила кульминация! И она наступила в образе штурмовиков Ил-2 и бомбардировщиков. Тем более цель была площадная, не маленькая, поэтому бомбардировщики, пройдясь вдоль построения немецких войск, вывалили на него свой груз в виде стокилограммовых авиабомб. А следом за ними Ил-2 прочесали образовавшееся темное на белом снегу пятно длиной около двух километров и шириной в две-три сотни метров залпами РСов, вторым заходом сбросили авиабомбы и третьим прошлись из пушек. Это и решило исход боя. Оставшиеся в живых немцы отступили на исходные позиции.

Больше в этот день атак не было. А с наступлением темноты пехота 107-й мотострелковой дивизии и артиллеристы ушли на юг, туда, где им уже была пробита дорога и брешь в немецком кольце.

В ночь с 26 на 27 декабря к плацдарму 134-й дивизии прорвался резерв со штабом армии и колонной снабжения. Прорыв был осуществлен по уже пройденному маршруту. Минные поля немцы за эти дни восстановить не смогли – слишком им мешали снайперы и минометные батареи пограничников, наводимые портативными радиолокационными станциями, переданными союзниками. Танковая и мотострелковая бригады, развернувшись при подходе в боевые порядки, в ночной темноте с ходу атаковали с тыла позиции немецкой пехотной дивизии на северном участке плацдарма. Одновременно навстречу резерву ударил танковый полк дивизии. Прорвав оборону немцев, танкисты и мотострелки развернулись влево и вправо, ударами по флангам свертывая оборону врага и обеспечивая безопасный проход колонн штаба и снабжения.

Соединившись с дивизией, Ершаков дал личному составу после ночного марша и боя время для отдыха и обслуживания техники и вооружения. А ближе к вечеру из перехвата телефонного разговора стало известно, что этой ночью танковые дивизии, занимающие позиции с юга и юго-востока, должны свернуться и уйти. Их позиции должны занять смежные пехотные дивизии. Понятно, что танкисты, пусть и понесшие за эти дни изрядные потери, отправляются не на отдых, а к фронту, который быстро двигается на запад.