Васильевич. Книга вторая. Князь Серебряный

Я бы ещё постарался воспользоваться этой заминкой и успеть за вечер и ночь веток нарубить и деревьев маленьких и хоть у того холма нормальную засеку сделать. Но это я. Отрок. А ты воевода большого полка. Тебе с горы видней.

Сидеть? У костра сидеть и мечтать о печёной картошке? Дело хорошее. Но зудит в одном месте. С чего бы? А с того, что рядом совсем у такого же костра сидят двадцать людоловов. Сидят кумыс пьют и делят недобытых рабов. А у него есть винтовки — карамультуки турецкие, те, что ему в качестве трофеев в Казани достались, называется туфенк (по-турецки: tüfenk).

Целых пять туфенков у него, и все с колесцовыми замками. Первоначально только две (два) были, но в Москве Юрий Васильевич купил у оружейников разных (у одного не нашлось) три пистоля с колесцовым замком и договорился с Пахомом Ильиным, что тот ему переставит их на турецкие штуцера. Ему же и пулелейки заказал под изготовление к карамультукам пуль Петерса. Плохо, что у всех пяти винтовок разный калибр. Эти турецкие оружейники, понимаешь, совсем не думают о потребителе их товара. Рекламацию нужно написать. В Роспотребнадзор пожалиться. Сам для себя Юрий Васильевич выбрал мелкашку почти. Калибр миллиметров семь — восемь всего. Зато длина ствола метр тридцать где-то, и есть и целик, и мушка, прямо будто попаданец какой из девятнадцатого века с собой протащил. Без прицела оптического далеко не повоюешь, но с трёх сотен метров Боровой в человеческую фигуру ростовую попадал четыре раза из пяти. Ещё четыре карамультука достались пацанам и не по жребию или росту, и даже не по знатности. Просто все сделали несколько серий выстрелов. Выбрали восемь лучших. Среди них опять испытания провели. Усложнив задачу. В сумерках стреляли, после марш-броска. По движущейся мишени. В результате выделились четыре снайпера.

— А не сходить ли нам в гости? Случайно подумал, а не пойти-ли нам в гости, надо немного порезвиться… — собрав пацанов-снайперов, сообщил им Юрий Васильевич.

Егорка стоял хмурый рядом. Он шестым оказался по итогам тренировок. Но точно лучше самого князя Углицкого стрелял.

— Давай, Егор, сбегай за мурзой. Их с собой возьмём. Я все свои пять пистолей возьму. Винтовку тебе сегодня отдам. Не до гонора. Нужно результаты показывать.

Вылазку на утренние сумерки назначили. Ветер с юга, как раз от лагеря, что в паре вёрст от засеки устроили себе ногайские разведчики. Ну, наверное, разведчики. Хотя, возможно это мелкий бий какой со всеми своими людьми на охоту вышел. А они противу него всей Русью встали. Из всех касимовцев мурза Мустафа-Али выбрал два десятка. Они должны разделиться. Один десяток останется прикрывать пацанов и князя Углицкого, а второй обойдёт ногайцев по дуге, и если те побегут, то должны лучники их перестрелять.